Танцующая с ветром

– Завтра, если духи моря будут к нам благосклонны, – сменив хмурую мину на улыбку, он по-мальчишечьи подмигнул. – Замолвите за нас словечко?

4 – Духи воды

Первый день путешествия прошёл спокойно. Корабль покинул порт, растворившись в утреннем тумане. Холодный камень быстро удалялся. Поглядывая на тёмные, неприветливые скалы, я желала как можно скорее выбросить из головы воспоминания об острове и его обитателях.

Горло всё ещё саднило, и доктор запретил мне есть что-то твёрже передавленного желе.

Грызущему орехи Керо хотелось отвесить подзатыльник, чтобы не дразнился. Сам мальчишка, улыбаясь во весь рот, проговаривал название предметов, на которые я указывала, и веселился, когда не удавалось повторить его произношение.

– Вы делаете успехи, – заметил Широ.

Он в компании позеленевшего Рокеро изучал какие-то бумаги. Шестой принц бросил в мою сторону неприязненный взгляд.

– Зачем учить язык, если вы собирались вернуться на родину? – спросил он.

Рядом с ним, почтительно опустив взгляд, стоял слуга.

Его задачей было вовремя подхватить господина под локоть и отвести в сторону, чтобы царственные особы не слышали, как шестой принц освобождает желудок.

– Знания никогда не бывают лишними, – отозвалась я.

Сощурившись, он хотел сказать что-то ещё, но вдруг выпучил глаза, прикрывая рот рукой, слуга тут же увёл его. Все сделали вид, что не слышал жутких звуков.

– Это тебе за излишнюю подозрительность! – легкомысленно засмеялся Керо. – Духам не по нраву твоё отношение к их дочери, вот они и мстят! Имина, уговори духов пожалеть моего брата.

– Не стоит, – щурясь, словно сытый кот, пригревшийся на солнце, произнёс Хэчиро. – Небольшая болтанка собьёт с него лишнюю спесь и пойдёт на пользу.

Облокотившись на перила, он стоял на верхней палубе. Рядом толпились слуги, кто с зонтиком, кто с веерами, кто с напитками и финиками. Прикрыв лицо от солнца, я подняла глаза, наткнувшись на смешливый взгляд.

– Теперь я обязана ему помочь, – пробормотала я и, увидев удивлённое лицо Широ, пояснила: – Из чувства противоречия.

Улыбнувшись, он тихо, так, чтобы не услышали братья, произнёс:

– Рокеро родился слабым, но гордым. Будьте осторожны.

Кивнув, я направилась к шестому принцу, что, пошатываясь, возвращался на площадку. Лицо его приобрело землистый оттенок и блестело от пота. Кажется, он единственный на корабле не получал удовольствия от тёплого солнечного дня, лёгкого бриза и потрясающей синевы моря.