Императорский отбор Олтгейна

И если бы я не предположила о наличии яда, в отравлении заподозрили бы именно меня. Ведь я последней держала стакан в руках. И вот, когда вам не удалось меня подставить, вы решили меня убрать?

– Нет… Это… это не так…

У Тила начали колотиться руки. Боковым зрением я увидела красный отблеск.

– А от скольких девушек ещё хотят избавиться? – высказала я еще одну догадку.

У учредителя бровь полетела на лоб.

– Не от скольких.

Ответ слуги был уже со злостью. Красные глаза птицы сказали о многом.

И тут Дэянар повысил голос:

– Говори сейчас же, сколько девушек под угрозой? Врать бесполезно! Только хуже делаешь!

– Да не знаю я! – в сердцах выкрикнул Тил.

Опа, а значит, главный заводатор не он. Значит, это банда ёжиков, которая решила навести свои порядки. Только в этом теперь нужно убедиться.

– Ну и сколько вас? Я знаю, что вы не один это придумали.

Слуга уже хрипел от злости, но, сверкая глазами, высказался:

– Я один. Мне просто ты не понравилась, вот я и решил от тебя избавиться!

Мой детектор показал ложь.

Да, с таким помощником никакой лохматый Рэкс не нужен. Холмс нервно курит в сторонке.

– Значит, не один, – подытожил учредитель.

Слуга, услышав эти слова, побледнел еще сильнее. И тут у меня возникло женское такое желание, пошалить. Настроение же нужно было как-то поднимать.

– Ну что, мне все понятно, – начала я, – Вам, Тил, грозит казнь. Не знаю, как у вас в мире, а у нас за такое сажают на кол.

Мужчина сглотнул:

– Как, сажают на кол?

– А вот так.

Медленная и очень унизительная смерть. Прямо пятой точкой и прямо на острый такой колышек размером с лошадь.

А сама еле сдерживалась, чтоб не захихикать. Тил сделал шаг назад. Что учредитель, что его друг смотрели на меня глазами-фарами. Они-то видели, что я несу чушь, но слушали дальше.

– Но вы можете смягчить этот приговор.

Вот и пришло время для пряников.

– Но почему казнь? Почему меня ждёт именно казнь? Я же ничего такого не сделал! – колотящимся голосом проговорил слуга.

– Как ничего? А измена короне? – с деланым удивлением спросила я.

– Ка… какая измена короне? – Тил уже начал заикаться.

– Ну как же? Хранитель выбрал девушек, девушки под покровительством императора. А вы пошли наперекор не только желаниям и указаниям правителя, но и самих хранителей, – вдохновенно закончила я.

Всё, слугу можно было выносить. Он стоял тряпочкой и шатался.

– А как смягчить? – уже обречённо спросил Тил.