Императорский отбор Олтгейна

Голос Дэянара прозвучал на весь двор:

– Уважаемые милоры. Я приветствую вас на открытии первого испытания отбора невест. Девушки были обязаны написать речь о любви, с которой выступят на ваш суд. После пройдет голосование, где вы оцените старание претенденток. По результатам мы объявим фаворитку и ту, которая покинет отбор или же получит наказание от хранителей.

Все как-то мигом заволновались.

Учредитель продолжил:

– Первой выступит Милора Кьяра.

Итальянка подавилась воздухом. Я впечатала ладонь между лопаток девушки.

Кьяра действительно рассказывала сказку, немного заикаясь от страха и волнуясь, но справилась хорошо.

– Следующая на очереди милора Орэль, – громогласно произнёс Дэянар.

Девушка шла на подгибающихся ногах, а став напротив публики, вздохнула и заплакала.

– Простите, не могу, – произнесла она жалобно и убежала.

Руки у девушки ходили ходуном, глаза были красные, и я побеспокоилась о ее здоровье.

Дэянар кашлянул в кулак, но продолжил:

– Итак, следующая девушка, которая выступит перед вами, милора Синэль.

Эльфийка гордо прошла к центру зала.

– Принесите мне кресло, я не собираюсь стоять, у меня очень нежные ноги.

– Милора Синэль, это лишнее, – твердо отозвался мужчина.

Эльфа скривилась, но подняла голову и начала читать с листка.

С первого слова я поняла, что это мои стихи. Это тот самый стих, который я писала для своего любимого. Она будто очернила память о нем, в душе стало противно и вязко, злость накапливалась, но я держалась.

Кимали повернулась ко мне:

– Вер, это же твои… – Она замолчала, увидев мое лицо.

Все девушки обернулись. А я еле держалась, чтобы не вцепиться этой… этой… даже слова такого подобрать не могу.

– Я ее точно грохну, – заявила Кимали.

В это время Синэль уже возвращалась обратно.

– У нас бы тебя уже сожрали, – обратилась к ней Больяра.

Та только окинула нас презрительным взглядом.

– Следующая девушка милора Кимали, – произнёс Дэянар.

Ким с угрожающим взглядом направилась в центр зала, но вовремя переключилась. Ее рассказ разливался нежностью в душе, кто-то даже улыбался. У лисички получалось легко, она просто источала расслабленность. Я даже не заметила, как все закончилось.

– Милора Тариона, вы следующая, прошу, – пригласил учредитель.

Тара замялась вначале, но, посмотрев на лисичку, выдохнула и с решительностью отправилась посвящать всех в науку любви.