Огненное сердце Карадонора

Подол завязала так, чтобы руки были свободными и кору было удобно нести. Так я и шла, боясь пролить лишнюю каплю на землю. Страшила мысль о том, что в своей пещерке я уже могла обнаружить хладный труп или же хищное животное, которому я не смогла сбить след.

К валуну подходила тихо, с опаской. Лишних звуков не было, и я аккуратно просунула голову. Солнце уже вставало, и его лучи позволяли рассмотреть часть пространства пещерки. Девушка еле дышала, но главное, что дышала. Я облегчённо выдохнула и протиснулась в каменный схрон.

Сначала достала мох, он был полностью пропитан водой и при обтирании вокруг ран хорошо убирал грязь и кровь. Одна кора ушла на сами раны, я понимала, что этого было недостаточно, но остальную воду мне нужно было оставить для девушки. Если очнётся, она обязательно захочет пить.

Драконница теряла слишком много крови, я понимала, что выход остался лишь один, но за него меня точно могут казнить, если девушка не выживет. Существует большой шанс, что, даже если выживет, меня за такое тоже казнят, это же драконы.

Помявшись немного, я все же решилась. Сконцентрировав силу в руках, направила огонь на огромную рваную рану на ноге. Драконница лишь вздохнула, не подавая больше никаких звуков. Закончив обжигать ногу, принялась за спину. Я не знаю, выдержала бы такое эта хрупкая девушка, будучи в сознании. Слава создателю, что она этого не чувствует.

Кровь остановилась, теперь моей задачей было смягчить места ожогов.

Достав с подола травы и ягоды, начала мять их в руках, выдавливая все соки прямо на сожжённые участки. Сок должен был снять отеки и немного охладить кожу. Главное, чтобы воспалений удалось избежать. Одну травку я отложила на потом, она поможет при жаре и болях. Я помогу организму справиться с ранами, а потом пусть уже сам себя лечит.

День пролетел быстро, в хлопотах и заботах. Болезная в себя не приходила, даже лихорадочного бреда от нее было не слышно. К вечеру у девушки поднялась температура… Я вновь принялась разминать траву до соков, осознавая, что сама драконница жевать ещё не сможет.

Скудные капли полились в немощный рот, а остатки я засунула девушке под язык, предусмотрительно перевернув ее на бок, чтобы не подавилась. Влажным мхом пропитывала лоб, хоть как облегчая горячность. Казалось, что стоило перетерпеть ночь, а там было бы уже легче.

Ночью девушка, не открывая глаз, первый раз попросила воды.