Хрустальный купол. Новый свет

– И да, каждый раз, как первый… Ну что ж, hallo, Густа?в… – кисло метнула Аматара и перешла на просьбу о подробном отчете. – Надеюсь, вас не находили пионы? Без Мафдессо здесь много что творится странного и вне всяких правил, по типу переполоха, да еще и Хорус отсутствовал. «Полный комплект не в наличии» – так назовем. Раздавай тузы, как есть, без подтасовки!

– В том и дело, что никак нет. Раньше были частые столкновения, а сейчас же стража напрочь отказалась ходить на нашу территорию, как медом им намазано было, глаз даю, готовятся к внезапному нападению, небось, но у нас-то все схвачено, Маатд не подведет! А ты что принес с собою за хвостом?! Снова притащил сюда ринекири, не к добру с тобой водиться, лучше и сразу за решетку идти, даже без вины, чем холить и лелеять людских детей! Каков же ты аристократ, умен на всякие козни! Одумайся, припомни прочий раз, чудом будто из лап львиных вырвались, было, когда же сии паршивцы в небытие канули, а все на те же грабли!!

– Одни идеалы лесной жизни в изоляции бамбуковой и очерки крестьян совершенно любой губернии! Скучный ты субъект! Ein Rechen in meinem Kopf, schmelze sie besser zu Statuen!

В то же время, как двое решили спорить об идеалах живущих в книжонке существ, Мэри с энтузиазмом рассматривала других приветствующих, она сразу же заметила практически то же самое существо, про которое так увлеченно и подробно, будто прописывая очередное сочинение, но уже замечая, что не вкладывается в нужный объем, сказывала Марго, и словом, то, каким во время дуэли в непроглядном дурманном тумане, если верить словам и в целом догадкам подруги, обернулась Аматара.

А оно подошло к девочке и начало сей неожиданный, но вполне привычный монолог:

– Мое имя Риана, сокращая на человеческий манер. Вижу сразу – ты, дитя человека, верно, боязнь скрываешь? А ты вот и не страшись меня, я не кусаюсь, не в пример Нагайно все же. Данное местечко представляет из себя отряд сопротивления (как бы мы-то против всадников-захватчиков, вот и противимся их наказаниям, правда, выборочно, будто и для разумности) или, как его нарекает глава, славный лагерь оппозиции – честно, не знаю, и на кой сие все из себя официальное название.

Мы же, простой душой люд и звери, наш лагерек по типу спартанских зовем, как на плащах наших, что носим мы, будто что-либо да необходимое приличному одному из тысячи одинаковых товарищей, приписано – Огоньком.