И дорога к себе так длинна

В любом случае рассказывал он подробно: и кто такой, и откуда родом, и почему местные так странно себя вели…

Парня звали Матей. И был он, ни много ни мало, вудашем. Летти даже о расе такой никогда не слышала, несколько раз переспросила, думая, что тот оговорился… В итоге парень не выдержал и буркнул более понятное «водяной». Правда, на знакомых дриаде водяных он мало походил. У тех волосы зеленые, руки чешуей покрыты, а тут что?

От былой «немоты» случайного попутчика не осталось и следа. Матей не замолкал ни на мгновение.

Говорил, говорил, говорил… Речь его была настолько сумбурной, что Элиаш не выдержал, перебил болтуна и потребовал:

– Так, давай по порядку, я спрашиваю – ты отвечаешь. А то, честное слово, ничего же не понятно!

– Ну, давай, – вздохнул вудаш и уставился взглядом в землю, ковыряя ногтем лезвие своего ножа.

Эльф глубоко вздохнул и медленно начал, осторожно подбирая слова:

– Кто такие местные жители и почему они называли меня уродом и вором?

Матей на миг сжал губы, а затем чуть слышно заговорил.

В голосе проклюнулась какая-то смутная тоска:

– Они – те, кто называют себя людьми. Единственными настоящими, не изменившимися после войны. Поэтому ты, раз не такой как они, урод.

– Что значит «не изменившиеся»? – удивленно протянула дриада, поглаживая по шерсти сыто икающего заглота – ему выпала честь вылизать все банки, а до этого, пока эльф и Летти мародерствовали, Мяу успел проглотить парочку зазевавшихся прыгунов.

– Лес его знает, – огрызнулся вудаш. – Я с ними до сегодняшнего дня близко не общался. А во время драки не до того было.

Элиаш поднял на него задумчивый взгляд.

– То есть в твоих ранениях виноваты они? Люди? – Он неуверенно покатал новое слово во рту, как сладкую конфету.

– А кто же еще… – Матей зябко передернул плечами.

Летисия хихикнула, покосившись на эльфа:

– Насчет урода мы выяснили. А что по поводу вора? Кто там что у кого украл?

– Никто и ни у кого! – вскинулся вудаш.

 – Мы так… позаимствовали… стадо свиней. – И пояснил, избегая глупых вопросов. – Свиньи – это вроде жряков. Только без иголок.

Дриада ошарашено уставилась на него:

– А зачем вы заимствовали? И почему у них разрешения не спросили?

Вудаш, не ожидавший такого глупого вопроса, беспомощно глянул на Элиаша. Тот, уже малость привыкший к наивности своей спутницы, только ухмыльнулся и пожал плечами: мол, давай отвечай, тебя же спросили.