И явился Ворон

– Эдик, ну не выгонят же тебя в самом деле! – не выдержал Ольховой.

Верин фыркнул:

– Ага. Всего лишь утилизируют.

– В смысле?!

– А я знаю?! – не выдержал статист. – У Стеклова спросите! Он же у нас в службе безопасности состоит!

За столом воцарилась гробовая тишина, кулон, висевший на шее, обжег кожу, и Адам понял, что сболтнул лишнего. Медленно поднял глаза: поисковики застыли, уставившись пустым, невидящим взглядом перед собой, официантка, несущая поднос, замерла, словно муха, влипшая в янтарь, даже воздух будто заменился тягучей патокой… Все вокруг застыло, замерло, как на стоп- кадре или фотографии…

А на пороге кафе стоял, задумчиво похлопывая по ладони скрученной газетой, Стеклов.

Нашел взглядом Верина, криво усмехнулся и направился к нему. Подтащил к столу незанятый стул и уселся напротив Адама, наклонился вперед, упершись локтями:

– Эд, давай расставим все точки над и. Я всегда буду знать о нарушении всех документов, составленных мною. Поэтому, когда я говорю, что тебе лучше ни во что не вляпываться – понимать мое пожелание надо в прямом смысле и никуда не влезать, – стеклышки узких, сползших на самый кончик носа, очков недобро подмигнули.

 – У тебя на ушах – подписка о неразглашении. И ты не имеешь права рассказывать членам Стаи о том, что ты видел в последние несколько дней. Предупреждаю последний раз. И то, только потому, что ты мой друг. В следующий раз – уже через полчаса у Кутха на столе будет лежать моя докладная. Понятно?

– Да, – выдохнул пересохшим горлом Адам. Ему вдруг на миг показалось, что через моложавый облик учетчика – его ровесника, может на пару лет старше! – вдруг проглянул другой, безумно старый…

– Вот и договорились, – кивнул Димка. Встал, подхватил кружку Ольхового, отхлебнул из нее кофе, скривился: – ну и дрянь, как вы такое пьете? – и, вернув ее на место, направился к выходу. Уже на выходе оглянулся, усмехнувшись, отсалютовал Верину и растаял в воздухе.

В тот же миг время словно отмерло.

Зашевелились посетители кафе. Над потолком противно зажужжала залетевшая муха. Никита Ольховой отодвинул от себя кружку с кофе и нервно спросил:

– Ты серьезно?! Учетчики – служба безопасности?!

Адам вздохнул, закрыл глаза, досчитал про себя до десяти, открыл глаза и хмыкнул:

– Нет, я пошутил.

– Что?! Но ты же только что говорил…

– Кулон горячий, – ровным, ничего не выражающим голосом вдруг сообщил Кир.