И явился Ворон

Адам поднял на него тяжелый взгляд:

– Ольховой, тебе чего надо? Я по- русски сказал! Корреляции – к Скорикову. У меня даже программа эта не стоит, а вручную считать – задолбаться можно… – настроение и так было отвратительное, а теперь еще и сотрудники начали доставать.

– Да пойми же ты! – Никита порывисто наклонился вперед, нависнув над хозяином кабинета. – Мне – кровь из носа надо…

Оперативник неловко задел рукою оставленные на столе бумаги, стопка опасно накренилась… А потом и вовсе соскользнула на пол.

– Да чтоб тебе! – взвыл Ольховой, бросившись собирать документы.

Адам кинулся ему помогать.

Оперативник споро складывал листок к листку. Внезапно, подхватив один, парень замер, пробежал взглядом строчки и сунул бумажку в руки Верину:

– На, это твое, а то перепутается еще…

– Что «мое»? – не понял Адам. Он прекрасно помнил, что к визиту Ольхового стол у него был пуст.

– Твое- твое, забирай! Разбросал здесь свою макулатуру, а мне потом отвечать!

Верин автоматически перехватил протянутую бумагу, собираясь тут же вернуть ее оперативнику, но так и замер, впившись взглядом в напечатанный текст.

Фамилия, имя, отчество. Дата рождения. Адрес. Фамилия, имя, отчество. Дата рождения. Адрес… С десяток разных имен, разных улиц, разных дат… Только фамилия везде была одна и та же.

Лашкевич.

Адам выпрямился. зажав лист в кулаке:

– Ага… Мое… Точно…

Сидевший на корточках Ольховой поднял на него насмешливый взгляд:

– Так что с корреляцией? Не сможешь посчитать?

– Н- не уверен… – выдохнул парень.

– Никакой от тебя пользы, вред один, – хмыкнул собеседник. – Ладно. Пошел я, завтра буду Серегу вылавливать…

…С работы Адам выходил, пребывая в какой- то прострации. В голове крутился всего один вопрос: «как Ольховой мог найти эту информацию?!» У него же доступ такой же, как у Кира! Пообщался с кем- то из учетчиков? Но это безумие!

Автоматически замкнув кабинет и опечатав пластилином дверь, парень отправился к выходу из здания.

Спустился по ступеням из мраморной крошки, вышел на улицу…

И столкнулся со Стекловым.

– Привет! Домой едешь?

Адам сглотнул комок, застрявший в горле:

– Ага.

Димка поправил очки:

– Пошли, подвезу.

– Ты же в другой стороне живешь? – слова царапали горло, словно сухарей непрожеванных наглотался.

– Ничего страшного, – отмахнулся Стеклов. – Сделаю крюк.