И явился Ворон

Замер, склонив голову набок – глаза- бусинки насмешливо сверкнули – а затем, тяжело взмахнув крыльями, взмыл в воздух.

Всего несколько мгновений – и птица, обогнув ближайший столб, затерялась меж дымных колонн.

– Кровь Первого! – зло выдохнул Лейден.

Ну, и вот что теперь делать?

Самый логичный вариант был: плюнуть на все происходящее, сделать вид, что ты не увидел ничего странного – мало ли диковинок на островах! – вернуться обратно за забор, и отправиться искать выход отсюда. Тем более, что у улетевшей птицы могли быть просто свои дела в глубине этого загадочного места – и дела эти не имели никакого отношения к Хельдеру.

И вообще, его ждала сестра!

Но с другой стороны – Крапчатый понятия не имел, как отсюда выбраться. А ворон ведь как- то сюда попал, он ведь не местный, не прозрачный… И кто его знает, может именно там, впереди и спрятан путь на другие Острова?!

Парень вздохнул и принялся спускаться со стены. В ближайшем дымном столбе – руку протяни, дотронешься! – проступила вскинувшая руки человеческая фигура…

Майя никогда не любила насекомых.

Не сказать, что она их боялась, но некоторое отвращение к ним все же испытывала. А уж теперь, когда на нее надвигался гигантский богомол… При каждом движении от ужасного создания доносились странные щелкающие звуки, звенящие и одновременно глухие, словно внутри чудовища перемещались, сцепляясь и перекатываясь невидимые шестеренки. Казалось, что на каждый шаг идущей к Майе твари внутри нее срабатывает спрятанная музыкальная шкатулка, невидимый молоточек ударяет по скрытой струне или пружинке. Изредка звук получался чуть глуховатым, словно тело богомола было изнутри оббито мягкой тканью, но по большей части все звякания звучали так ясно, что казалось – неподалеку от гигантского насекомого притаился невидимый оркестр.

Лашкевич отступила на шаг, еще один… И поняла, что уперлась спиной в стену.

– Пся крев, – тихо выдохнула девушка, не отводя перепуганного взгляда от зверя.

Богомолу осталось сделать всего несколько шагов.

Верхние конечности распрямились, на острых шипах стали видны бурые засохшие пятна – и Майя почему- то была уверена, что это не варенье налипло…

Девушка не отводила перепуганного взгляда от шипоглота. Бежать сейчас, это она прекрасно понимала, было бы бессмысленно. Неизвестно, насколько этот зверь может быстро двигаться, а уж сейчас- то в маленьком ограниченном пространстве камеры…

– Койоту скормлю, – беспомощно пообещала Майя богомолу.