Марья-царевна из Детской областной

Уж там- то хотя бы кусок хлеба можно найти…

И вообще! Ее тут местный царь в жены позвал! Должны покормить нормально! Ну и что, что его Кощеем зовут, не человек он что ли… И опять же – Маша замуж пойти согласилась (пусть и сдуру, но это уже отдельная тема для разговора), а значит, смысла ее держать впроголодь нет никакого!

Вот если бы она отказывалась – тогда да, тогда конечно. Мол, не пойдешь замуж – в темнице с голоду помрешь! Или как там в сказке все эти злодеи кричат?..

А сейчас- то чего издеваться?

В любом случае, вспоминать всяческие предания старины глубокой Маше совершенно не хотелось.

Молодая женщина оглянулась по сторонам, высматривая, к кому можно обратиться за помощью. А уж то, что спрашивать надо – не было никакого сомнения. Васенька вон, неизвестно сколько на двери в виде придверного монстра просидел и невесть с чего перекинуться решил… ему- то в любом случае, откуда знать, что здесь как расположено, где кухня, а где какая- нибудь конюшня… правильно, неоткуда. А значит надо было найти кого- нибудь более осведомленного.

Впрочем, если люди (ну, или нелюди) вокруг и были, перед закатом во двор они выходить явственно не собирались: видно, своими делами были заняты…

Наконец, Маша разглядела сидящую прямо на земле, около стены одной из многочисленных построек, человеческую фигуру. Не придумав ничего лучше, пленница отправилась к незнакомцу.

Остановилась в нескольких шагах и осторожно окликнула:

– Здрасте.

А вы…

Незнакомец медленно поднял голову и хрипло просипел:

– Тебе чего надо, девка?

Мужчина. Лет сорока на вид. В простеньком коричневом кафтане, темных брюках, черных сапогах. Рядом, на земле, шапка, упавшая со смолянисто- черных волос. Лицо пересекал глубокий, застаревший шрам, ослепивший незнакомца на один глаз и потянувший вниз уголок рта.

– Почему сразу «девка», – обиделась Маша. – Я не… Так. Стоп. Что у вас с голосом?

– Чего?! – говорить ему удавалось явно с трудом.

– С голосом у вас что, говорю. Хрипите сильно.

– Да уж второй день…

Пощупать гланды Маша потянулась совершенно автоматически. Правда, дотронуться до горла ей не дали: перехватили запястье раньше, чем женщина успела хоть слово сказать.

– Ты чего руки распускаешь, девка?!

– Да folia Trifolii[2 - folia Trifolii – Листья трилистника ( латынь)] же! – возмутилась Маша.