Карты, деньги, две стрелы

В Мертвом Эгесе третью ночь болотные огоньки блуждают, ворота запрещено открывать. Только через калитку.

– Она тут рядышком, – чуть насмешливо уточнил фендрик. – Спешиться только надо. Да вы и сами знаете.

Калитка была всего на вершок выше головы коня, всадник проехать через нее не мог, так что действительно пришлось спуститься на землю. И если у капрала не возникло с этим никаких проблем, то я не смогла обойтись без его помощи.

Мальчишка в гражданском услужливо загромыхал замком. Капрал потянул коня за повод.

Выйдя за пределы города, вскочил в седло и вновь склонился, чтобы усадить меня перед собой.

– Удачи на новом поприще, капрал! – крикнул нам вслед фендрик.

Со стены раздались смешки.

Ладони милеза замерли на моей талии:

– В смысле?

– Мальчик смазливый! – хихикнул толстяк, поспешно закрывая калитку. – А вы его так деликатно за пояс держите.

Честно говоря, я ничего не поняла. В отличие от господина Иассира, смуглое лицо которого мгновенно покрылось багровыми пятнами гнева.

– Мерзавец! – прошипел он и, оставив меня на земле, развернул коня.

Но с той стороны уже громыхали засовы.

Впрочем, «Хочешь умереть…» – ну и дальше по тексту. Уже через несколько секунд капрал, одной рукой придерживая клеймор, кулаком другой вовсю барабанил в ворота:

– Открывай, скотина! – Кажется, он мгновенно забыл о всяческом уважении к старшим по званию. Даже на «ты» перешел, как будто к крестьянину какому-то обращался. – Я ж тебя под землей найду! – А еще он подзабыл о том, что нам надо ехать.

И как можно быстрее!

К тому же этот фендрик не сказал ничего такого. По крайней мере, я ничего обидного в его словах не услышала. В самом деле, то, что капрал держит меня за талию, когда подсаживает, и то, что я еду рядом с мужчиной – малознакомым, надо отметить, – не совсем пристойно, но с другой стороны, я же сейчас в мужском платье. Разве кто-то что-то заподозрит? О том, что было, пока я находилась без сознания, и думать не хочу.

Милез меж тем разошелся вовсю:

– Хидеж, мерзавец! Открой ворота! Я тебя…

– Капрал, – осторожно кашлянула я, – вам не кажется, что нам надо ехать?

Из Иассира как будто стержень какой-то выдернули.

Он замер, бросил несчастный взор на все еще запертые ворота, обреченно процедил:

– Негодяй, – и вздохнул: – Поехали.

Из-за стены послышался взрыв издевательского хохота, а вслед за тем все стихло. И мы остались наедине с Мертвым Эгесом…

Унгария постоянно воевала с Фирбоуэном.