Отмеченные водой и пламенем

Блеснули желтые глаза, рядом на миг показалось что- то светлое… Шварцрейтар шагнул вперед и застыл, как вкопанный, разглядев, что на подстилке из палых листьев свернулась клубком волчица, согревающая своим телом мирно спящего младенца…

Человек осторожно шагнул вперед, и зверь в тот же миг вскинул голову, ощерившись, разглядывая нежданного гостя. Ребенок, крошечный, и пары месяцев не будет, заерзал и сонно захныкал.

Конь нервно всхрапнул. А Росперт стоял и просто не знал, что ему делать…

Волчица нервно дернула губой, меряя человека взглядом.

А затем зверь встал. Легко, словно перетек… Только что лежал, и вот уже стоит… Только хвост осторожно мазнул по щеке спящего младенца…

Тот, обнаженный, даже без пеленок, нервно захныкал, грозясь в любой момент проснуться и разразиться плачем…

А волчица вдруг отступила на шаг… И растаяла в темноте, словно и не было ее.

– Чтоб Единому всю бороду выдергали! – зло ругнулся шварцрейтар.

И вот что теперь делать?!

Разумеется, ребенка надо было оставить там, где он был. Нет ничего интересного в том, чтобы шляться по лесам Ругеи и Либеннау, пытаясь успокоить рыдающее дитя. И вообще, его чем- то надо кормить! Молока здесь нигде не найдешь! Да даже если на миг предположить, что младенец сейчас не голоден, потому что волчица как старинной сказке с какого- то перепугу решила выкормить подкидыша, вместо того, чтобы съесть его, он ведь проголодается завтра! И послезавтра! И послепослезавтра… И вообще, за ним надо как- то ухаживать, нянчить, пеленки менять! Шварцрейтару такого счастья и даром не надо! И вообще, двадцать два года – это совершенно не тот возраст, когда хочется заниматься чужими детьми!

– Чтоб тебя Тот, Кто Всегда Рядом, побрал, – печально вздохнул парень и, сняв плащ, осторожно закутал в него младенца.

Вольного шварцрейтара Росперта Барнхельма ждала впереди очень веселая ночка…

…Через пару дней в расположенную неподалеку от границы с Ругеей деревушку Ессау въехал злой как сама смерть шварцрейтар. Для самого Росперта эти два дня показались чем- то совершенно бесконечным. Ребенок постоянно плакал, замолкая так редко, словно решил приманить своим криком всех окрестных хищников.