Пыль дорог

Словно повинуясь ее жестам, по зеленой листве заскакали крошечные огоньки. А в следующий миг ветви раздвинулись, открывая проход.

– Иди.

Отправиться на территорию города Леседи рискнула не сразу. Лишь после того, как швырнутая через ограду помада не растворилась в воздухе, а запрыгала по зеленой траве, девушка рискнула: шагнула вперед и, оглянувшись на миг, шепнула:

– Еще раз спасибо.

– Я сслыссала, пойманную нессиссть держат у корней городсской ратуссы.

Кусты сошлись за спиною студентки, скрыв от нее весело улыбающуюся гуль.

Леседи огляделась и решительно направилась к одному из расположенных на ветвях домов. Где тут ратуша? Все равно ведь Леседи никто не увидит, пока она сама этого не захочет. Гуль не в счет. Она тоже нечисть.

Меж тем та, что помогла студентке, не сидела без дела. Дождавшись, пока девушка скроется за одним из высоких деревьев, гуль встала и громко хлопнула в ладоши. В тот же миг ее черные волосы резко посветлели, став цвета спелых колосьев. Исчезли кошачьи зрачки, явив миру самые обычные голубые глаза, а платье превратилось в серебряный сарафан, расшитый по подолу алыми маками.

– Амансио! Где ты там?

Казалось, лес замер, прислушиваясь к заданному вопросу. Перестала шуметь листва, застыла колеблющаяся под ударами легкого ветерка трава, даже птицы замолкли. А в следующий миг из пустоты соткался молодой черноволосый мужчина.

– Ну?

– Что «ну»? – заломила тонкую бровь его собеседница. – Ты говорил, я добрые дела никогда не совершала? Проспорил ведь?

– Амаранта, не надо понимать меня столь буквально.

– Но ведь проспорил же, – не успокаивалась она. – Выполняй теперь желание!

Мужчина сдался:

– И что ты хочешь?

Девушка сложила руки за спиной и привстала на цыпочки:

– Поцелуй меня, а?

О том, что в ближайшее время может быть выполнено обещание, данное герцогу Шиамши, Цмин из рода Колючника узнал минут через пять после того, как на границе города была задержана странная парочка. И если один из задержанных, без сомнения, походил на того, чьей поимки требовал герцог, то со вторым было неясно.

Вот только Цмину не удалось пообщаться ни со светлым, ни с темным эльфом: небольшой бутон колокольчика, лежащий на столе, запрыгал и, противно зазвенев, замерцал серебристым огнем. Объяснять, что это означало прорыв охранной линии, начальнику милиции Золотого Цветка не требовалось.