Пыль дорог

Пока что он шел именно в том направлении, куда собиралась пойти (ну или полететь) студентка, а потому та предусмотрительно не покидала плечо местного жителя.

Неизвестно, что господин в плотной бригантине забыл в комнатах ратуши, но по коридорам ее он бродил минут пятнадцать, не меньше. Заглядывал во все углы, проводил ладонью по стенам, что?то бормоча себе под нос – как Леседи ни напрягала слух, она ничего не расслышала. Несколько раз местный житель спускался и поднимался по лестнице – по ощущениям Леседи выходило, что они уже давно находятся ниже уровня кроны, – и наконец остановился перед узкой дубовой дверью, прошитой тяжелыми металлическими накладками.

– Никаких происшествий за время дежурства не было.

– Открывай, – мотнул головой мужчина.

Леседи ожидала увидеть все, что угодно: темную камеру с зарешеченным окошком, крошечную комнатушку два на два шага, какой?нибудь пыточный каземат, но только не то, что она увидела в действительности.

Комната за дверью была не так уж велика: метров десять по периметру, не больше. Вот только вся она была заставлена белоснежными то ли гипсовыми, то ли мраморными статуями. И в одной из них практикантка без труда узнала магистра Крау: тонкие изящные черты лица, неровно обрезанные волнистые волосы (вчера, при стрижке, ножницы соскочили, чудом не попав мужу в шею), насмешливые глаза, высокий лоб, идеально сидящий костюм – наглаженные брюки, жилет, длиннополый сюртук.

Леседи хотелось заплакать.

Узнавать, куда после осмотра комнаты со «статуями» направился ее проводник, студентка не стала. Сейчас было намного важнее вытащить Джейса. Когда дверь захлопнулась, отрезав Леседи от остального мира и оставив ее наедине с истуканами, она огляделась по сторонам, внимательно изучая, нет, не расположение изваяний по комнате. Сейчас ее намного больше интересовала магическая картина мира.

По всему выходило, что все находящиеся в комнате: и Джейс, и невысокий, морщинистый, как старичок, мальчишка, сжимающий в маленькой ручке то ли платок, то ли удавку, и изящно сложенная девушка с острыми, лисьими чертами лица, и странное скелетообразное существо, и какое?то крошечное создание, восседающее на хромоногой курице, – все они были опутаны едва заметными нитями, переливающимися цветами радуги.