Реалити-шоу «Замок»

Это чего с ним?! Нет, я понимаю, что сейчас разговариваю, как Вовка в тридевятом царстве, но на связную речь у меня просто нет никаких сил.

Это что, он извиняется за то, что спас эту девушку?! Считает, что мне это должно не понравиться?! Как там фрекен Бок говорила? «Я сошла с ума, какая досада!»? Вот-вот. Именно об этом я и говорю.

– Ллевеллин, не сходи с ума! – тихо пробурчала я, настороженно зыркая по сторонам – сейчас кто-нибудь из аборигенов на улицу выскочит (вон как в окошки уставились!), а тут такая картина маслом! – Веди себя прилично!

Рыцарь вскинул на меня удивленный взгляд – похоже, здесь нормы приличия в корне отличались от общепринятых, и поза Ллевеллина не вызовет не то что насмешек, даже удивления.

– Все в порядке, встань!

Насквозь мокрый парень послушно поднялся, не обращая внимания на воду, хлюпающую в сапогах.

Господи, и никак я не привыкну к такому вот подчинению. Хотя, если размышлять логически, много ли у меня времени было привыкать? Я даже толком не могла сказать, сколько часов прошло с того момента, как я оказалась в Замке, – два-три или все сутки.

– Возвращаемся туда, откуда пришли, – вздохнула я. – Надо найти тебе сухую одежду, а то еще замерзнешь, заболеешь.

Ллевеллин позволил себе небольшую улыбку:

– Я не могу заболеть, миледи. Рыцарь либо здоров, либо мертв.

М-м-да. Достанется ж кому-то такой вот удобный муж. Какая экономия на лекарствах!

Гелла! Ну о чем ты вообще думаешь?! Человек сейчас замерзнет на фиг, а ты – «экономия, экономия»! Сердца у тебя вообще, что ли, нет?!

Тем более, что вторая часть его фразы мне совершенно не понравилась!

– Но переодеться тебе все равно надо, – решила не успокаиваться я.

Если честно, сказать, что погода нынче была ветреной, мог только человек, проведший всю сознательную жизнь в консервной банке, но… В конце концов, не может же Ллевеллин ходить в таком виде?! Как минимум это неприятно!

– Но отец, это глупо! – не успокаивалась девушка.

Мужчина упрямо поджал губы:

– Я знаю лучше, что делать, а потому поступим так, как я решил. Тем более, что слова одной девчонки не пересилят воли всей деревни!

– Зачем, миледи? – удивленно пожал плечами Рыцарь. – И так можно.

Ллевеллин зябко передернул плечами.