Ведьмина неделька

 – Можешь отправиться домой и по делам на ней.

Тетушка Аспен зачарованно уставилась на предложенную ей метлу. Наметельник из выморенного ореха с красивым, волнистым узором на поверхности внушал особый восторг и непонимание – как такую красоту можно не использовать самому?

– Неужели не летаешь на ней? – удивленно уточнила пожилая ведьма, непроизвольно проведя рукой по идеально отполированному дереву.

– Зачем? Метла Лидлы намного лучше и удобней.

Шарлотта пожала плечами и насильно вручила временный транспорт тетушке Аспен.

Та смущенно приняла метлу и задумчиво поглядела на юную Тиниоак:

– Она ведь твоя. На тебя зачарована. С такой заботой выбиралась. Не жалко? Может, лучше дашь ту, что осталась от Лидлы?

Молодая ведьма строго посмотрела на гостью, которая тут же понимающе кивнула:

– Благодарю, верну, как только разберусь со своей.

– Не торопись. Могу твою подержать пока у себя. До бабушки Грейтпайн ты, так понимаю, еще не добралась?

– Нет, куда уж там.

Застряла на полпути, – голос и поведение тетушки Аспен вернули себе привычный задор и бойкость. Она снова стала собой, без замираний в дыхании и немого восторга от врученной метлы. – Теперь вот думаю – лететь к ней или все-таки домой? Вечереет уже, а у меня еще паштет не готов и хлеб только растаивается.

– Еще ночь впереди. Успеешь.

– Даже ведьмы порой спят. Особенно такие дряхлые, как я.

– Днем выспишься. Посиделки будут ближе к вечеру.

И никто не прилетает на них вовремя.

– А кто в этот раз занимается сбором?

– Я, – юная Тиниоак вздохнула, вспомнив, что кроме супа, подарков, демонстрации навыков, на ней лежит обязанность подготовки самого Холмика.

А это значило, что времени не оставалось и вовсе. Радовала лишь мысль о готовом супе, настаивавшемся под тяжелым пледом уже второй день. Уж он-то точно ее не подведет.

– Тогда чего ты со мной любезничаешь? – тетушка Аспен резко встала, опершись на метлу.

 – Столько дел у меня, у тебя, у всех ведьм. А мы тут сидим и чаи попиваем? Правда, – она ловко обернулась, схватила несколько печений из блюда. – Вдруг проголодаюсь по дороге, – и твердо зашагала к выходу.

– Удачного полета, – глядя ей вслед с улыбкой произнесла Шарлотта и, дождавшись, когда ведьма взмоет в небо, вернулась к своим делам.

Толокнянка быстро расположилась на плотном листе пергамента и заняла собой почти всю печь.