Проект Эрешкигаль

А потом и правда, кто-то осторожно взял меня за руку, прошептал что-то тихое, успокаивающее и повел за собой.

– И ты пошел? – приподняв брови от удивления и недоверия, уточнил Андрей.

– Выбор-то невелик. Если это похитители, то могли и там убить, тогда чего сопротивляться, может, хоть в последний раз дадут на небо посмотреть. А если спаситель, значит, выведет оттуда. Но в любом случае, все это закончится. И я тогда ничего больше и сильнее этого не хотел. Потому пошел. Без вопросов и просьб.

– И кто все-таки это оказался.

– Понятия не имею. Просто в какой-то момент услышал голоса, через мешок стал пробиваться свет, меня подтолкнули вперед и там подхватили крепкие руки. И знаете, я впервые услышал, как плачет мой отец. До этого дня думал, что он и не умеет. Даже на похоронах бабушки ни слезинки не проронил. А тут рыдал в горло. Обнял, запричитал. Кто-то снял с меня мешок, и он тут же давай разглядывать меня. Ругаться, молиться, благодарить.

– А причем тут Аверин-то? – напомнил Костик о начале разговора.

– Это я уже потом, почти через месяц узнал, что именно он организовал операцию по спасению. Александр Анатольевич тогда в гости зашел, узнать, как у меня реабилитация проходит, да и так, рюмочку коньячку со старым другом опрокинуть. И отец попробовал ему конверт какой-то сунуть. А тот отказался, даже обиделся. Сказал, что это долг – спасти ребенка.

– Он же отправил потом служить? – с насмешкой поинтересовался Мишка.

– Нет. Я после того случая вообще все ориентиры потерял. Ничего не хотел особо, вот меня отец и засунул туда, где сам все знает, – лицо Хвостика посветлело, он улыбнулся то ли на вопрос, то ли на ответ, но язвить не стал, возвращаясь в привычное состояние.

Дядь Саша знал, кому поручить записку. И не только потому, что Пашка был ему обязан, а еще и затем, чтобы напомнить мне, что наша служба не только приносила людям боль и слезы, но порой еще и настоящее, человеческое счастье.

Наверное, даже хорошо, что юный Хвостик не знал, каким на самом деле танкистом был его отец. Не знал, какой ценой его оттуда вытащили. И главное – не знал, почему во все это ввязался дядь Саша.