Хозяин моей невинности

В панике заметалась по тесной лестничной клетке. Где укрыться? В последний миг нырнула за дверь и затаила дыхание.

– Короче, щас скатаю на вахту. Бабла подзаработаю, и потом буду её окучивать.

Пьяный смех неприятно резанул слух, и я сильнее вжалась в стену.

– А, ну давай, давай, Ромео, бля…

– Э, полегче! Как оттяпаю себе такую девку, завидовать ещё будешь.

Наконец подъездная дверь хлопнула и воцарилась блаженная тишина. Воздух со свистом вылетел из горящих легких. Он уедет! Можно хоть ненадолго выдохнуть и не вскакивать каждый раз, когда к брату заваливаются дружки.

«Деньги!» – неоновой надписью моргало перед глазами. Сорвалась с места и помчалась к квартире уже с большей уверенностью. Уж если эти двое ушли, значит больше никого не осталось.

Ворвалась в квартиру, сметая ворох какого—то мусора.

– Черт!

Снова уборки невпроворот. Надоело уже!

– Саша!

Терпение лопнуло после запинки о кучу пустых бутылок. В ответ послышался неразборчивый мат и стон.

Источником был точно братец, и он был на кухне. Он развалился за кухонным столом и медленно попивал пиво прям из бутылки. При виде его заплывшего лица я передернулась.

– А, сестренка. Чего изволишь? Где шаталась?

В глазах вспыхнула ярость, и я тут же сжалась. Он меня не трогал, но часто злился. И когда его рванет, неизвестно. А ходить с побоями не хотелось.

Брат вскочил с места и прижал меня к стене, нависая сверху. Даже алкоголь не сделал его менее мощным. Он всегда был здоровенным, и это заставляло трепетать от страха.

Он мог раздавить меня как назойливую букашку.

– Че молчишь, малая? Я вопрос задал… – зло выплюнул парень, которого не так давно я боготворила. Ещё недавно он был надеждой и опорой, а сейчас… грудь снова пронзило болью. Это я виновата… я не уберегла, не сдержала его демонов.

– Я… – голос срывался от переполнявших чувств, – на работе была. Саш, маме плохо стало…

Голос звучал настолько жалко и беспомощно. Но я готова была упасть на колени и молить о помощи.

Я одна не справлюсь со всем этим! Брат презрительно скривился… а моё сердце замерло. Надежда умирала… мучительно, и долго.

– А мне-то что? Это она нас сюда притащила из-за тебя! А мне теперь разгребать? Хрен тебе, сестренка.

Слова били наотмашь. Оставляли кровавые следы прямо на распахнутом сердце.

– Саш… я не заработаю столько.

Просипела я, всматриваясь в такие некогда родные глаза старшего брата.