Целительница в Академии Магии. История попаданки с хвостом

Хотелось сесть и спросить мужчину в своем ли он уме, если двух, здоровенных лбов называет детьми с тонкой душевной организацией! Все понимаю, живут в этом мире намного дольше, но ведь развиваются все как обычные люди. А этим двум по любому больше восемнадцати. И это неразумные дети… да я в их возрасте уже сама себе зарабатывала на житье, бытье и учебу!

– Значит кроме нас троих, был еще один свидетель и скорее всего ее любовник. Письмо у тебя? Отправителя отследили?

Услышав вопросы птица, снова вся обратилась в слух.

– Самоуничтожение. Отправителя не отследить. Про письмо Динас проговорился, Ланис полностью меня игнорирует как и грозился ранее. Им обоим очень не хватает материнской любви, но Ланису особенно.

Динас и Ланис, теперь я знаю как зовут обоих близнецов, осталось узнать имя птица и этого несчастного смертника.

– Тебе придется им обо всем рассказать, – голос у птица дрогнул и я прям своей пятой точкой почувствовала, что не все в этой истории так гладко как мне показалось на самом деле.

Пока что вырисовывалась не очень приятная картина.

Близнецы росли без материнской любви. Потом получили некую писульку и пошли мстить наставнику. Наставник убил их мать и по этому скрывался на краю границы в непролазных лесах? Все конечно может быть, но вот не верила я в то, что наставник на такое способен. Ладно просто убить, но убить и оставить сиротами двух детей? Нееет, это явно не про того человека который откапал из сугроба змее подростка, не побоялся притащить в свой дом, вылечить и потом еще несколько лет учить. Не-ве-рю!

– Я не хочу чтобы они узнали о том, что было на самом деле, – судя по интонации, папаша не собирается ни о чем рассказывать своим детям и все бы ничего, пусть бы сами разбирались, но мне – то тоже интересно узнать за что наставника убили.

– Или сейчас это сделаешь ты, или завтра обо всем им расскажу я, – видимо, птиц слов на ветер не бросал, так как папаша близнецов немного поотпирался и в итоге сдавшись, отправился на поиски близнецов. Далеко отправился, настолько, что я вряд ли хоть словечко услышу.

Стало обидно от подобной несправедливости и забывшись, расстроено шмыгнула носом, чтобы в следующее мгновение почувствовать едва заметное дыхание на своей щеке.

– Подслушивать не хорошо, – тихий шепот обжег ухо, заставив миллионы мурашек маршировать по моим обнаженным рукам.

– Как и не спрашивая согласия, тащить под венец, – прошептала в ответ, медленно открывая глаза.

Думала, он смутится, а ему все по барабану.