Фамильяр ее ведьмачества

Скорее я даже испытала облегчение. Ведь не может по-настоящему родной человек обречь на смерть. У меня даже мысли не возникло усомниться в словах моего мучителя.

– Не знала, но спасибо, что сказали, – поблагодарила его от всей души.

После вчерашних слов врача, стало даже немного жаль блондина. Мужик как и я, пострадал от этой стервы. Жалость моя не была всеобъемлющей, я ему сочувствовала, в чем – то даже понимала, но ровно настолько, чтоб моя рука не дрогнула если мне представится возможность избавиться от него и бежать.

Маловероятно конечно, но ведь мечтать и надеяться мне никто не запрещал.

– Радуешься, что убила не свою мать?

Захотелось рассмеяться. На подступах была очередная истерика. Да нефига он не спокоен, он в тихой ярости и сейчас, я опять огребу.

– Я никого не убивала, – сами собой вырвались слова.

Даже дыхание перевести не успела, как этот ненормальный оказался рядом и голова взорвалась болью. Зарывшись всей пятерней мне в волосы, резко дернул.

Затекшую шею прострелило, макушка встретилась с каменной стеной, из глаз брызнули слезы.

Зажмурилась, ожидая удара.

– Мы возвращались с охоты, – глухо заговорил блондин, аккуратно убирая с моего лица волосы. – Она упала мне прямо в лапы, из воздуха. Такая маленькая, испуганная и такая красивая, – убрав волосы, начал поглаживать пальцами щеку, губы, подбородок и шею. – Я сразу же понял, что она та самая. Единственная. Моя пара. С ней я понял, что значит счастье.

Блондин замолчал, полностью уйдя в свои воспоминания.

Я же боялась лишний раз вздохнуть. Когда тебя держит в плену злой мужчина это одно, а когда этот мужчина начинает проявлять явные признаки сумасшествия, это уже совсем другое. Сейчас, я была согласна со словами врача о том, что мне было бы лучше умереть сразу. Долго в таком напряжении и ожидании очередного удара, я не выдержу. Умереть не умру, но умом тронусь точно, а этого не хотелось больше чем смерти.

– Сухие, – посмотрел на меня блондин осмысленным взглядом и снова провел пальцем по моим губам.

 – Хочешь пить? Ну конечно хочешь! И кушать тоже. Прости, я виноват, надо было накормить тебя еще вчера, – сам задавал себе он вопросы, тут же на них отвечая. – Сейчас, сейчас все будет.

Блондин аккуратно высвободил из моих волос руку, тут же пригладил растрепавшиеся, влажные пряди и встав на ноги направился к распахнутым дверям.

– Сейчас я распоряжусь насчет еды.