Фамильяр ее ведьмачества

– Спасибо, – погладила его по гладкой, слегка светящейся чешуе. – Обо мне еще никто так не заботился, – решила я приободрить дракончика.

А что, мне не трудно, а ему приятно. Да и не соврала считай, в этом мире никто кроме него и Арика так обо мне не заботился.

– Ну, я тогда пойду, – соскочил кроха с моих коленей. – За костром пригляжу. А этих, – кивнул на отмачивающихся в водичке птиц. – Сами тогда принесете.

Дождавшись, пока дракончик исчезнет из поля зрения, взяла первую птицу и принялась доводить дело до ума.

Темноволосый дракон поначалу отнекивался, а под самый конец даже мило смутился.

– Давай, бери наш ужин, а я возьму тебя, – слишком быстро пробормотал Арик, стараясь отвлечь меня от смущающих его благодарностей.

А я услышав его слова, начала тихо посмеиваться.

Ему невдомек, он – то мультик Чебурашка и Гена не смотрел.

Половину пути Арик на меня косился и тяжело вздыхал, а потом не выдержал и поинтересовался моим здоровьем. Вот тут – то я испугалась, что он сейчас надумает себе невесть чего и снова примется меня лечить.

Пришлось в спешном порядке рассказывать ему про мультик. Арик оценил и к костру мы подходили посмеиваясь вместе. Тут на нас подозрительно начал посматривать дракончик. Пришлось и его просвещать, пока Арик пристраивал наших птичек над огнем.

– А расскажи еще что – нибудь, – попросил меня дракончик. – Мир твой я видел мельком, ничего понять не успел.

Арик устроился рядом с нами. Видимо и его любопытство не обошло стороной.

– Давайте так, – внесла я свое предложение. – Вы рассказываете мне все что знаете об этом мире и в частности про спятившего принца, по вечерам. А я буду рассказывать о своем мире днем, по дороге. Все равно сама идти не могу, – добавила грустно. – Да и надоело мне быть слепым котенком, ничего не понимаю.

Мои сопровождающие прониклись. Первым слово взял Арик.

– Начну с принца Свазора. Его родители и брат пропали. Кровные узы оказались разорванными, хотя тел так и не нашли. Уже тогда принц начал проявлять признаки безумия. Народ заволновался, предчувствуя тяжелые времена. Полгода без правящей руки, да с перспективой получить безумного короля.

– Стой, стой, – замахала я руками. – Ничего не понимаю.