С первого вздоха

– Лежи и восстанавливайся! – прикрикнул на кота, когда он попытался напасть на меня из того угла, в который я его откинул. – Подохнеш, сделаю из тебя плешивый коврик!

– Пусти, да пусти же ты! Не трогай колючку! Верни мне моего друга! – кричала лайса, извиваясь в моих руках. – Дикарь! Что мы тебе сделали!?

– Только что ты едва не иссушила своего друга до смерти. Прикоснешься к нему в ближайшее время и… так уж и быть, коврик я отдам тебе, – слегка встряхнул ее, избавляя от ненужной истерики и опустился в кресло, усадив девушку к себе на колени.

Остатки моей силы уже привычно полились в бедствие, которое сейчас сидело на мне и тихонько размышляло над сказанными мной словами.

– Как я его иссушала? Нет. Что я у него забирала?

Ее голос был настолько тих, что даже со своим острым слухом, едва смог разобрать слова.

– Ты тянула из него жизненную энергию, точно так же, как делаешь сейчас это со мной, через прикосновения.

Секунда, две, три…

И я, хоть и готовился, но все же, с трудом успеваю поймать эту прыгунью.

Долго же до нее доходило. А когда дошло она судя по всему решила, что может убить и меня. Попыталась отстраниться от меня, что ж, это уже хорошо, значит, убивать меня она не хочет. Тогда что? Задержать меня на это планете?

– Не дергайся, для меня ты не опасна и пьешь мою энергию только по тому, что я тебе это позволил.

Девушка притихла, я же вновь вернулся к своим размышлениям. Даже если учесть, что лайса будет высасывать из меня всю энергию подчистую, то задержит всего лишь на месяц-два.

Для чего? Слишком мало у меня информации. Я не знаю самого главного, кому я мешаю? Отец, дядя или два старших братца?

В том, что все связанно с властью, я уверен. Смущает только тот факт, что я даже не наследный принц. Сейчас правит отец, после него будет править старший братец и только если с нами тремя что-то случится, права на трон перейдут к дяде, родному брату отца и его сыну.

Но даже в этом случае, их шансы на трон довольно мизерны. Я сам не знаю тонкостей, но вроде бы существует определенный ритуал признания.

В итоге, я снова пришел к тому, о чем думал за все эти месяцы проведенные в полном одиночестве. Отец не при чем. Родной братец тоже, а вот дядя и двоюродный брат… Кто из них? Вдвоем или дядя не знает о проделка своего сына, а быть может…

– Что с ним?

Вывел меня из размышлений дрожащий голос.