Ауры

Спокойно относится к моим обязанностям. Головная боль – это мелочь, к которой я уже почти привык. Да и скоро пройдёт, лорд до Тёмной империи проспит, я его усыпил на ближайшие пару часов.

– Усыпил? – непонимающе посмотрела на мужчину. Странно было слышать, чтобы демон, занимающий такой высокий пост, позволил так с собой поступить.

– Да, – кивнул дроу. – В поезде, полном других разумных существ, лорду лучше спать, тогда его аура оказывает наименьшее воздействие. Поэтому я усыпляю его специальным раствором, а, пока он спит, я за него отвечаю.

Там на его дверях сейчас столько моих сигнальных охранок висит – ты не представляешь.

– Если раньше у вас не интересовались исследованиями ауры, то почему сейчас начали? С этим лордом что-то не так? – я сощурилась.

– Нет, с этим лордом всё в порядке, вполне стандартные для верховного лорда возможности и изменения. Ну или где-то не совсем, но всё-таки за рамки не выходит. Пациент у тебя будет другой, но об этом тебе расскажут уже непосредственно на месте.

Я – не тот, кто должен это говорить. Да и что мы только обо мне или работе? Давай поговорим о тебе, – блеснул улыбкой дроу. – Милая молодая девушка – и вдруг опытный разборщик. Рассказывай, как докатилась до жизни такой.

Я рассмеялась, Скай одной улыбкой снял появившееся было между нами напряжение после его слов о пациенте. Вот уж действительно профессиональный дипломат, пусть и со мной изъясняется по-простому, говорить с ним было легко.

– Вообще-то изначально я не стремилась в науку. В детстве слушала слишком много рассказов о талантливых офицерах-чтецах, которые помогали в расследованиях и раскрывали запутанные дела. Это теперь я понимаю, что тогда просто пытались прекратить нападки народа на тех, кто мог видеть ауры, вот и создавали вокруг работы таких следователей героический ореол. А потом, в Университете уже, я узнала, что моего потенциала даже на начальную степень чтеца не наскребается.

Захотелось это компенсировать, пошла в разборщики. Думала, главное – научиться разбираться в энергетических оболочках, а зрение можно и развить. Как оказалось – нельзя. Но тогда стали в массовое производство поступать атмолографы, и мне повезло пробиться сначала в наблюдатели, а потом и в ассистенты к профессору Ундарсу, именно он занимался развитием и преобразованием этих приборов.