Вторая жизнь. Том 3

Правда, малые способности не слишком-то поднимали по карьерной лестнице, но уже давали какое-то разнообразие в выборе будущего. Маги редко возвращались в родные селения, в основном оседая в городах, и, если уж выезжали, то только по вызову старосты.

Сэм рассказывала и о себе. Оказалось, что женщина была родом из небольшого независимого селения на Восточной равнине. Её дом чуть не пострадал от нападения диких, но возведённые упрямым старостой стены выдержали, дали продержаться до прихода патруля. Поэтому Сэм, узнав, что её способностей может в перспективе хватить на пятую ступень по стихийной паре огонь-воздух, уверенно подала документы на боевое отделение после прохождения обязательного обучения.

В итоге сейчас она преподавала боевую медитацию в Академии, на каникулы часто уезжая в родное селение. В её арсенале было и несколько любопытных историй про стычки с воинами Восточной равнины. Так что мы с Тригом оба слушали её с большим интересом.

После того, как я смогла самостоятельно хотя бы алфавит на человеческом написать, Триг предложил мне потихоньку начать учить демонический.

Поэтому вечерами на веранде мы теперь сидели вдвоем, и я своим корявым почерком карябала для Даарена письма. Получать ответы и снова писать свои – это было волшебное чувство семейной связи, Триг не уставал посмеиваться над тем, как я готова была до потолка прыгать от каждого письма Даарена. А ещё мы со старшим братом придумали заняться разработкой тайного языка для демонов. Точнее, я просто подарила им русскую письменность. Говорить на своем родном я не могла, так как переключалась с одного языка на другой несознательно, и понять, на каком конкретно сейчас говорю, не получалось. Но вот писать никто не мешал, так что Триг тоже мучился, но при этом довольно потирал руки, представляя, как представит нашу разработку начальству. Во время наших посиделок я не упускала возможности расспросить его о жизни демонов. Да, я довольно многое поняла, живя собакой в Цитадели, но ведь их жизнь не могла ограничиваться военной сферой. Правда, тысячник, почти всю жизнь положивший на то, чтобы достичь столь больших высот в достаточно молодом, для демона, возрасте, о жизни «вне казармы» мог рассказать только в общих чертах. Дисциплина у демонов была возведена в ранг высшей добродетели. Но, в основном, для мужского населения. Демонессам позволялись некоторые вольности, даже капризы, да и воспитывали их в меньшей строгости.