Букет нарциссов для Нади

Почесывая тепленькое пушистое брюшко и наслаждаясь с морозца ароматным сладким кофе Надя, не сосредотачиваясь на сюжете, смотрела в телевизор и, как ей казалось, ни о чем не думала вообще. Какое же блаженство ни о чем не думать. Ни о подарках, ни о работе, ни об Андрее.

Снова зазвонил мобильный. На этот раз он был заблаговременно положен на подлокотник кресла. Снова тот же незнакомый номер.

– Вот навязчивые! Где они номера берут? – подумала Надя, поставила чашку на подлокотник рядом и ответила на вызов.

– Добрый день! – сказал бархатный баритон в трубке, – это Надежда Алексеевна?

– Да, я, – ответила Надя и что-то слегка напряглось у нее внутри.

– Это врач, Кирилл Викторович, вы вчера у меня были с резаной раной кисти.

От неожиданности Надю так подбросило, что ее ноги в долю секунды выскочили из-под нее и прыгнули на пол, скинув задремавшего размякшего Кирюшу, который шлепнулся на палас, как плюшевая игрушка, а рука с бинтом сбила с подлокотника чашку с остатками кофе.

Надя замерла в нескладной позе, пытаясь одновременно оценить ущерб от своей неловкости, сосредоточиться и успокоиться.

– Да, здравствуйте, – постаралась спокойно сказать Надя. Ей казалось, что по ту сторону связи видно, какая она нелепая.

– Я хотел поинтересоваться вашим самочувствием. Жалобы есть? Рана болит?

– Да, немного, но я приняла обезболивающее утром, как вы рекомендовали.

– А отечность?

Надя не разглядывала свою левую руку утром и потому ей пришлось внимательно посмотреть на кончики пальцев, виднеющиеся из-под складно наложенной повязки.

– По-моему есть немного.

Надя старалась переключиться с волнения на роль пациентки, просто отвечающей на вопросы врача, но внутренний голос отвлекал и нашептывал: «А что это он лично тебе звонит? Разве врачи так делают? Странно, странно…»

– Не переживайте, Надя, отечность после травмы, это нормально. Главное, чтобы не покраснело и не дергало. И чтобы температура не поднималась. Рана у вас чистая, поэтому все быстро заживет.

– Спасибо, доктор, – ответила Надя и больше не знала, что сказать… Возникла неловкая для Нади пауза, которую ей очень хотелось заполнить каким-нибудь вопросом, но в голове был абсолютный вакуум.

– Надя, я жду вас послезавтра на перевязку. Вы помните, куда приходить? – спросил баритон, который, казалось, не испытал неловкости от паузы. Он был спокойный и ровный.

– Да, спасибо.

– До свидания. Жду вас после четырнадцати.