Букет нарциссов для Нади

– Надя, – и хирург стянул маску под подбородок. – Можно я начну без бессмысленных вступлений? Я сразу спрошу, – и показалось, что он сам несколько волнуется. – Как вы отнесетесь к тому, что я вас приглашу вечером, или, когда вам удобно, провести со мной время? Например, сходим в ресторан или просто прогуляемся и пообщаемся, – и он замолчал, давая Наде время на то, чтобы собраться с мыслями и что-нибудь ответить.

Надя впервые увидела его лицо без маски. Глаза не сказать, что потерялись в других чертах, скорее они дополнились и картина стала более гармоничной.

Именно картина, подумала Надя. Если бы она рисовала мужественного правильного в ее понимании мужчину, она бы нарисовала его таким. Строгий, но не брутальный, по-мужски красивый, но не кукольный, с правильными чертами лица, но не как у греческой статуи, взгляд живой, но не нервный, умный, но не скучный, не знакомый, но и не чужой.

Надя сидела, подняв голову и почти открыв рот. Пока что ни одно слово не нашло дорогу домой в Надину голову.

Она смотрела и молчала.

– Я понимаю, что сложно ответить так сразу, – хирург снял чепец, видимо понимая, что надо предъявит себя совсем без визуальных помех, – но мне бы было очень приятно, если бы вы согласились уделить мне время, – и снова повисла пауза, от которой Наде стало аж немного нехорошо, как в душном помещении.

– Я… Я могла бы. Я, наверное, я выйду на работу. Если только вечером?

Хирург, казалось, обрадовался тому, что тема немного расширилась и ухватился за мысль о работе.

– Нет, вы моя пациентка и я, пока что, не разрешаю вам никакую активность. Общественный транспорт, толкнут, пихнут, швы разойдутся и будут осложнения. Этого допускать нельзя. Надо продлить больничный лист.

– Хорошо, – тоже немного расслабилась Надя, – я схожу в поликлинику.

Врач поднялся и, взяв Надю за плечи, поднял и ее со стула, тем самым сообщая, что визит окончен и ей пора уходить. И, как показалось Наде, он хотел еще что-то сказать, но не успел.

– Кирилл Викторович! Тяжелый! Игнатьев выходной, Сурджяна вы отпустили.

А он уже в оперблоке, в грязной. Пожалуйста! – протараторила медсестра Лена, распахнув дверь перевязочной. – Неврологов Татьяна Николаевна уже вызвала. Вас очень просили побыстрее!

– Что, послать больше было некого, сама бегаешь? Иду! – мгновенно переключившись, собранно и четко ответил хирург. – Простите, Надя, мне надо идти. Можно я вам позвоню? – чуть улыбнувшись, но явно спеша добавил врач.