Вьюгова дюжина

Таашша вздрогнула и машинально сжала предмет, оказавшийся пузатой флягой.

Емкость была тяжёленькой. Внутри лениво побулькивало содержимое. Таашша, не удержавшись, открутила крышку и сунула к горлышку нос. Острый запах спирта ударил в голову, заставил закашлялась. Хромец насмешливо оскалился и поднял брови. В его глазах читалась уверенность, что маленькая робкая Таашша не рискнёт хлебнуть гадкого пойла.

Почему-то, стало обидно. Таашша обхватила горлышко губами и резким движением запрокинула голову. По горлу прокатилась раскаленная волна, оседая горячим комом в желудке, вымывая связные мысли.

Таашша рассеянно проследила как пальцы охотника вынимают из её ладоней флягу.

Голова пошла кругом от лёгкости.

Лишь где-то на задворках скреблась мысль, что алкоголь на корабле достать очень трудно. Кто-то из обслуги торгует спиртом. Кто-то спелся с охотниками. Охотники мертвы. Все, кроме Хромца. Косящего тяжёлыми чёрными глазами, скалящегося злой, весёлой улыбкой Хромца.

Охотник, словно почувствовав, что думают о нём, одним тягучим движением сцапал Таашшу за руку и притянул к себе.

Она успела лишь бросить затравленный взгляд на Рраха, прежде чем оказалась в центре зала. Люди заулюлюкали. Таашша испуганно сжалась, чувствуя спиной колючий взгляд Кувалды.

– Вы же не танцор, – отчаянно храбрясь пискнула она.

Мелодия стала быстрой, злой, ядовитой. Жалящей, как ледяное крошево во время бурана. Таашша трусливо смотрела куда-то в центр заросшего жёсткой чёрной щетиной подбородка охотника.

Злость Рраха разлилась в воздухе отчаянным свистом гармоники.

Жёсткая рука цапнула Таашшу за подбородок, потянула вверх, вынуждая встретиться взглядом с тревожной чёрной бездной. Ноги подломились от страха. Охотник медленно, дразнясь, приблизился. Пальцы держали цепко, не давая увернуться, но Таашша и не смогла бы. Она тонула во тьме чужого взгляда.

Хромец замер, почти касаясь её кончиком носа и скосил взгляд. Таашша не видела, но чувствовала, как он ухмыляется, гадко и вызывающе, глядя прямо в глаза Рраху.

Гармошка перестала издавать мелодию. Она взвыла взбешённым ураганом. Звук забился о стены, кольнул под рёбра, отрезвил, сбросил дурман чёрных глаз.

Сухие, жёсткие губы мазнули по Таашшиной щеке и она отчаянно дёрнулась, лбом врезаясь в чужую переносицу.

Коротко ругнувшись, Хромец отшатнулся. Первая тяжёлая капля крови лениво сползла к его губам и охотник слизнул её коротким хищным движением.