Выбор сделан

Низкое рычание распространяет дрожь по земле. Теперь от пришедшего завоёвывать земли видна только удаляющаяся спина, признавшая поражение. Проходит ещё несколько секунд, и воздух пронзает новый звук, громкий, долгий, и по-своему прекрасный. Волк сидит, подняв голову, точно обращаясь ко всему миру, и из его горла звучит победоносный вой.

В этот момент в голове Бэль успевает мелькнуть мысль: «Никогда не слышала, чтобы волки выли в честь победы. Для общения между собой, да. Но торжествуя поражение противника?..»

Вернувшись из своих мыслей, она видит янтарные глаза, и всё, о чём думала, сразу забывает.

С минуту оба стоят не шевелясь.

– Спасибо, Ахерон… Кажется, ты спас меня от неминуемой смерти…

А в его глазах будто читается ответ: «Мы квиты. Но почему же ты зовёшь меня Ахерон? Меня зовут не так.» И не давая опомниться, он уходит к ручью напиться.

«Конечно же это разыгравшаяся фантазия. Хватит говорить самой с собой, ты уже не ребёнок!», – настойчиво твердит Анабэль, тоже направляясь к ручью.

Часть 8

Маленькая девочка и огромный зверь стояли в метре друг от друга у маленького ручейка.

Вытерев мокрое от воды лицо с помощью пончо, девочка взглянула на Волка. Тот уже успел напиться, и стоял, смотря куда-то в даль, видимо о чём-то задумавшись. Решив не испытывать его терпения, Бэль вернулась к старому дереву и села, сжавшись в комочек и тихонько покачиваясь взад-вперёд.

Что следовало делать дальше? Ахерон уже набрался сил и ему не требовалась её помощь. Запасы провизии уже заканчивались, несмотря на то, что она ещё раз ходила в посёлок за провиантом.

Страшная рана на боку уже не выглядела так плохо, наоборот, очень даже хорошо. Да и царапины на её руке затянулись корочкой, ведь она не забывала следить и за ними. Конечно, шрамы наверняка останутся на всю жизнь, но всё лучше, чем смерть. Так она и сидела, прикрыв глаза, покачиваясь и утопая в своих мыслях.

Когда же решила открыть глаза, так и не придя к каким-либо выводам, то увидела перед собой чёрную морду.

Чуть склонив голову, он, похоже, наблюдал за ней так уже минут пять, а она и не заметила. В глазах читалась мысль: «Ну и чего ты раскисла? Видишь же, что теперь я твой друг».

–Да какой друг… я помогла, ты помог, а теперь ты убежишь, а я останусь сама по себе, как и было всегда до этого, – сорвался тихий шёпот с маленьких губ. Вроде как обычная ситуация, каждый, бывает, отвечает сам на свой же вопрос.

Но тут мохнатые уши навострились и направились в её сторону.