Девушка для водолея

– Ладно. Что ж, не уходи хотя бы с работы. Можешь работать внештатно. Или перейти в другой отдел.

– Я уже нашла новую работу.

– Быстро. В другом издании?

– Нет.

– Ты не думала, что любую форму заботы воспринимаешь как ограничение?

– По правде сказать, нет.

– Ничего не расскажешь?

– Про работу? Это организационная работа. Ассистентом в одной фирме.

– Больше не будешь писать?

– Буду. Но только то, что я хочу. Уйду на фриланс. Начну книгу. Какая разница.

Мне не хотелось смотреть ему в глаза. Это должен был быть страх, но мне было стыдно за то, что я не оправдала ожиданий.

Когда я впервые увидела Марка, то подумала: вот он – супер-сладкий торт. Лакомый десерт, от которого затошнит после двух кусочков. Есть мужчины, подобные яду: не нормировав дозу, можно отравиться. Я давилась, но упорно продолжала есть. Он был как платье, которое мне не подходило.

«Возьми интервью у этого-то *рена. Предложи ему выпить кофе. Он любит кофе».

Или «На следующие выходные мы едем в Прагу. Это не обсуждается».

Он легко находил в людях их слабые стороны. Для работы – прекрасно, для любви – удушающе отвратительно.

Мы с ним из разных, почти параллельных вселенных, которые в один день пересеклись. Я помню детство с заштопанными колготками и единственной парой кожаных туфель. Мать кроила одежду из «Бурды», на время взятую у знакомой швеи. Она всего добилась сама. Мать-одиночка, днём – повар в столовой, вечером – студентка юридического.

Даже отчим, известный адвокат, прошёл все ступени от армии до помощника прокурора, затем был прокурором на Урале, и только потом приобрёл статус адвоката и собственное бюро.

Семья Марка жила на одни доходы с недвижимости, но тот умудрился построить блестящую карьеру на харизме, не используя связи, а за спиной не было той самой женщины, которая его «сделала». Потрясающе притягательно.

И мне казалось, что эта уверенность, способность к контролю над ситуацией и самим собой связана с деньгами.

В его взгляде читалось самоуверенное: «Я могу позволить себе это». Бизнес-классы. Горнолыжные курорты. Воскресное шампанское в Риме и рестораны с сомелье.

А ещё у него была женщина, которую он не мог забыть почти десять лет. Какая-то чокнутая, полусумасшедшая наркоманка, которая подсадила его на кокс и таскала по закрытым вечеринкам.

– Что это была за женщина! Она могла заставить делать кого угодно и что угодно. Умела себя подать.