Хулиган

Я никогда не уезжала из дома без родителей. Они были постоянно со мной на протяжении восемнадцати лет. И я просто не представляю, как выжить без них. Просто не представляю.

– Не за что, милая, – папа похлопал меня по спине, – самое главное, чтобы тебе было комфортно.

Я улыбнулась. Всё-таки он меня любит. Так же, как и в детстве. Ничего не изменилось.

– Спасибо, – тихо прошептала ещё раз, а на глаза наворачивались слезы. – А как же, папа? Разве можно технику свою иметь? Вроде запрещено даже утюгом пользоваться, чтобы лишний раз не тратить энергию…

– Мара, не переживай! Просто пользуйтесь и не волнуйтесь.

Я уже договорился.

– Классно! – Бланш действительно была рада, – Спасибо, мистер Янг!

Папа добродушно рассмеялся и хотел что-то сказать, но зазвонил его мобильный.

– Извините, – произнес отец и достал телефон из кармана пиджака. Он взглянул на экран, а потом почему-то виновато посмотрел на меня.

– Милая, это очень важный звонок, я должен ответит…

– Да-да, конечно! – мне не хотелось отвлекать его от дел, но тот взгляд смутил меня.

На секунду, всего лишь на секунду, мне показалось, что он хотел бы скрыть от меня этот звонок. Но вмешиваться я не стала. Папа ответил на звонок, и я услышала женский голос. Отец вышел в коридор, а потом он произнес имя «Кэти». Имя нашей горничной. Всё-таки правда? Значит, те взгляды между ними были и несли не просто дружеский характер. Немного стало жаль мать, но она сама виновата. Она уже давно перестала быть женщиной. Она стала красивой куклой. Ее волновала картинка нашей семьи. Мы всегда должны были выглядеть идеально, чтобы все завидовали. Чтобы все восхищались. Но внутреннее состояние ее не волновало.

Деньги.

Репутация.

Деньги.

Репутация.

Вот её ценности.

Она сама уничтожила в себе любовь.

Любовь к себе. Любовь к нам.

А мы же люди, нам нужны чувства. Нам нужны эмоции. Нам нужна эмоциональная отдача. Но ее не было. Мама просто отгородила себя стеной. Я не знаю, почему. К сожалению, в этом есть и моя вина.

Я не пыталась понять ее, поговорить с ней. И это моя вина. Но так продолжаться больше не может. Мы имеем право быть счастливыми.

После разговора с Кэти папа выглядел растерянным. Постоянно вытирал лоб, а глаза были напуганы. Он сказал, что ему уже пора ехать домой. Я решила проводить его до машины. Мы шли молча. Только лишь перед машиной обнялись. Я сдерживала себя. Старалась не заплакать. Было сложно. Я видела, что папа тоже старался сдерживать эмоции.