Сакраментал

Блондинистые волосы были ещё мокрыми после душа, и непослушные капли скатывались по лицу парня вниз к шее. Увидев меня в таком виде, он буквально на несколько секунд замер, пробежавшись по мне блестящими глазами, а затем резко отвернулся. Не зная, сам он смутился или просто не хотел смущать меня, я нацепила недостающую часть образа на себя и бросила:

– Можешь поворачиваться.

Парень повернулся ко мне и, взъерошив мокрую шевелюру, сказал:

– Извини, не хотел к тебе так бесцеремонно вламываться. Думал, что ты… одета.

Я усмехнулась, кивая.

– В следующий раз уточни, – пошутила я.

– Думаю, не стоит, – ухмыльнулся Сэм, шутя, и мои щёки вспыхнули.

Парень слегка усмехнулся, заметив это, но тактично ничего не сказал, переключив своё внимание на мою комнату. Стоит сказать, что это была весьма обычная комната, но мне она нравилась. Справа от двери стоял шкаф с зеркальной выдвигающейся в сторону дверцей, на которой кое-где помадой были написаны наиболее вдохновляющие цитаты и приклеены несколько небольших фотографий, дальше кровать с мягким пледом и кучей подушек, над ней на стене гирлянда, включающаяся мной по вечерам.

Здесь же висели самые разные фотографии: я с родителями, друзьями, просто красивые места, в которых мы были, а также несколько моих любимых рисунков. Напротив рабочий стол и полки со множеством книг, которые я предпочитала читать в бумажном варианте и, следовательно, коллекционировать. На столе ноутбук, несколько моих альбомов, карандаши и много чего ещё. Рядом небольшой будуар с аккуратно расставленной косметикой и маленький пуфик. На полу пушистый ковер, а у окна, в самом конце комнаты, подвесное кресло с большой подушкой и напольная лампа, так как именно здесь я люблю читать по вечерам или просто сидеть, глядя на мир за стеклом.

– Замечательная комната, – сказал Сэм с искренним восхищением, не переставая оглядываться вокруг.

Парень подошел к столу, рассматривая лежащие на нём вещи, а затем и книжные полки.

– Любимая книга? – поинтересовался он, проводя по корешку какой-то из них кончиками пальцев.

– Попробуй угадать, – улыбнулась я, уверенная, что блондин никогда в жизни не сможет выбрать ту самую.

Сэм усмехнулся, поворачиваясь ко мне и слегка опираясь руками о край стола. Парень посмотрел мне в глаза, видимо, пытаясь прочесть название произведения на моей радужке.

– «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, – сказал он, и я резко выдохнула, ахнув.

– Как ты… Как ты это сделал? – поражённо спросила я.