Пошел к черту!

И я бы хотела, чтобы ты присутствовал на встрече, потому что не доверяю я им… И мне как-то страшно. Не знаю, мне не нравится все это.

Несколько секунд Сева молчал, обдумывая все сказанное мной, а потом кивнул.

– Ну, хорошо. Пойдем, нужно еще поговорить с твоей матерью.

– Так ты останешься? – задала я вопрос, хотя ответ уже был очевиден. Но мне нужно было прямо от него услышать эти слова.

– Да, я остаюсь. А теперь идем, говорю. Не будет растягивать дело на весь день.

Сева чуть подтолкнул меня в спину, а сам быстро зашел на кухню.

Я тяжело вздохнула и пошагала за ним. А что делать? Я уже все рассказала ему. Придется слушаться, наверное…

Когда я зашла на кухню, мама уже мыла за собой чашку.

– Доброе утро! – поздоровалась с ней. Я старалась вести себя дружелюбно, и будто бы ничего страшного не произошло, но краем глаза все-таки следила за ней. Подмечала каждую деталь: выглядела ли она опухшей? Вроде нет. Даже нанесла легкий макияж, скрывая некоторые недостатки внешности (спасибо алкоголю, а не возрасту).

Я принюхалась: от нее пахло духами. Она была чистой, трезвой и такой родной. Я вновь увидела маму. Свою прежнюю маму, к которой я успела привыкнуть за пять лет трезвости.

– Доброе утро! – мама вдруг подошла ко мне и поцеловала в макушку. – Дети, завтракать будете?

Я и двадцатитрехлетний «деть» лишь с удивлением таращались на нее.

– Сейчас я быстро сделаю омлет и чай.

Мама быстро зашумела посудой, а я просто будто потерялась во времени и пространстве.

– Что с ней? – прошептала я, наклонившись к Севе, который выглядел не менее удивленным.

– Без понятия, – пожал плечами Сева, – может, алкогольная горячка?

Я покосилась на него.

– Нет, она уже трезвая, – прошептала я, – но мама никогда после выпивки так себя не вела… В общем, странно это все.

– Зато поедим, – невинно подметил Сева, а потом уткнулся в свой телефон. Пока говорить об Игоре Алексеевиче не стала. У мамы было отличное настроение, и портить его я пока не собиралась.

Через десять минут перед нами стояли тарелки с ароматным омлетом.

– Приятного аппетита! – на удивление мама была очень улыбчива с Севой, несмотря на то, что он отругал ее, если это можно так назвать.

– Спасибо…

Завтрак все же прошел немного напряженно. Сева ел, не поднимая головы, а я же укоризненно таращилась на него. Каков подлец. Значит, от моего завтрака он отказался, а от маминого нет? Думал, что я отравить его решила? Надо вынести этот вопрос на обсуждение.