Станешь моей

Я раскрыла рот и пронзительно завизжала.

– Помогите!

– Тихо ты! – прошипел смутно знакомый голос, а затем меня перевернули на спину. И первое, что я увидела, это было раздраженное выражение на лице Степана. И это был полнейший шок. Что он опять здесь делает? И как вообще узнал, где я живу? Зачем побежал за мной? Этот парень и пугал, и раздражал одновременно.

– Чего разоралась, дура?

Это я еще и дура?! Он вновь преследует меня, а я дура… Замечательно. Чисто мужская логика.

– Вы зачем напали на меня? – яростно спросила, мечта врезать ему так, чтобы больше не позволял себе таки вольности в отношении девушек.

Я ему не подруга.

Не девушка. Не жена.

Даже не знакомая.

Он не имеет права.

И почему он до сих пор не поднялся с меня?

– Отпустите, – прошептала я и дернулась. Но вдруг на лице Степы появилась лукавая улыбка, а его ловкие пальцы заскользили по моим рукам.

– Что вы… – паника затопила меня.

Поведение Степана мне совсем не нравится.

Слишком хамское и наглое. Он действительно позволял себе слишком многое.

Я завертела головой в поисках тех, кто бы помог мне. Но увы.

Злой рок уже преследовал меня два года. Никого из прохожих не было. Только две бабушки, сидевших поодаль.

– Не бойся, – прошептал Степа и прижал мои руки к земле, зафиксировав их над моей головой. Его взгляд был сумасшедшим: блестел и жадно бегал по моему телу.

Боже, да он действительно не в себе!

– Помогите! – вновь заорала я пуще прежнего.

И, видимо, в эту секунду Бог был милосерден ко мне.

– Эй, – вдруг закричал низким басом какой-то мужчина, – быстро отпусти девчонку! Слышишь ты, придурок!

Я повернула голову и увидела, как в нашу сторону быстрым шагом, чуть ли не бежит, высокий темноволосый мужчина, одетый в костюм.

И Степа тоже заметил его. Прищурился и тихо прошептал:

– Я еще найду тебя.

И он быстро слез с меня и побежал в сторону моего дома. А я продолжила лежать, все еще ошеломленное.

И вроде я даже до конца не осознавала, что именно со мной произошло. Закрыла глаза и задышала полной грудью. Сердце кричало, чтобы бежала быстрее отсюда. Но не домой, а в полицию. Я не понимала, что сделала такого, что этот больной стал преследовать меня, как одержимый. Ведь это действительно ненормально. Наверное, он проследил за мной вчера. Это уже зашло слишком далеко. Мне было страшно. Очень страшно.