Я тебя завоюю

Я подождала, пока из туалета выйдут, и только тогда покинула кабинку. Взглянула на себя в зеркало и ужаснулась. И как теперь выходить? Нос опух и подтекает, глаза красные, кожа покрылась пятнами, а сейчас я еще икать начну. Просто прелестно.

Включила холодную воду и опустила руки, чтобы хоть немного прийти в себя. Вода отрезвляла, и пальцы уже стали замерзать, но я, словно мазохистка, терпела. Но в какой-то момент будто пришла себя и приложила ладони к горячим щекам.

– Боже, что я делаю… – прошептала я.

Я несколько раз умылась, а потом провела бумажным полотенцем по коже, стирая капли. Да, уж. Вид не стал лучше. Но я не могу сидеть здесь так долго. Выкинула бумажку и вышла из туалета. И тут же замерла. Напротив стоял, прислонившись к стене, Адиль. Мужчина скрестил руки на груди и, как обычно, хмурился.

– Извините, я просто…

– Я обидел тебя?

– Нет…

– Почему плакала тогда?

– Просто.

– Гениально. Просто убежала. Просто не обиделась. Просто поплакала.

Все у вас, женщин, так просто.

– А чего вы злитесь? Я же извинилась.

Адиль хмыкнул и оттолкнулся от стены, сделал ко мне шаг.

– А мне твои извинения ни к чему. Мне правда от тебя нужна. Я спросил – ты ответила. Я же, кажется, уже говорил, что не люблю, когда мне лгут. Что-то злиться начинаю.

А я вообще ничего не понимаю.

Я сделала глубокий вдох.

– Вы хотели поговорить о Лии. Так давайте и поговорим. А потом я поеду на работу.

Адиль замер напротив меня.

Носки нашей обуви соприкоснулись.

– Значит, на мой вопрос не будешь отвечать? Ну, хорошо. Пошли, поговорим.

Надо было отказаться и умотать на работу. Но я почему-то не смогла. Не смогла сказать «нет». Мы вновь вернулись за столик. Точнее Адиль меня вернул. А еще великодушно дал мне черный платочек, в который я уже без стеснения сморкалась. Адиль стал моей последней каплей, поэтому пусть любуется моими соплями.

Вскоре нам принесли еду: восхитительно вкусную, от которой хотелось стонать.

Но я же в приличном обществе. Хватило того, что я уже высморкалась. Пообедали мы молча, а когда на столе остались только две чашки с чаем, Адиль заговорил:

– Я никак не хотел обидеть тебя, Юля. Просто не привык общаться с нежными девочками. Точнее, отвык уже. Да, специфика работы. Я не охранник, и прости мой смех, я обеспечиваю людям охрану. Наверное, этой информации тебе будет достаточно. А поговорить я хотел насчет Лии.