Письмо из прошлого

Маша довольно хмыкнула – озорной блеск в глазах Галюни, как правило, не предвещал ничего приличного.

– Недолго же тебя пришлось уговаривать. – Маша доела последний пирожок, подумав, что съела бы еще парочку и взяла в руки свою замшевую сумку. – Идем?

– У меня есть отличный план! – ехидно засмеялась подруга, хватая ее за руку.

– В каком смысле?

– Во всех! – Галя засмеялась. – Но сначала, перейдем к действиям. Ты как на счет поездки на дачу?

Маша задумалась.

– Если хочешь, иди, предупреди отца, что с ночевкой, потому что я планирую напроситься поехать со Славиком.

Они, конечно, собирались чисто мужской компанией, но я тоже хочу! Тем более что и ты согласна.

– Я еще не согласилась.

Галя остановилась на крыльце училища, удивленно посмотрела на нее:

– Ты себя со стороны слышишь? – Она недовольно цокнула, скрутила губы трубочкой, собираясь обидеться.

– Хорошо, – Маша прижала сумку к груди. – Только скажу отцу, а то вдруг потеряет.

Подруги кивнули друг другу и разошлись в разные стороны, договорившись встретиться у Галькиной общаги в четыре часа дня.

В том что, отец кинется ее искать, Маша, конечно, сомневалась, но домой зайти все же решила, чтобы переодеться.

Она вбежала в свой подъезд, подошла к двери абсолютно уверенная в том, что отца нет дома, но дверь оказалась открыта настежь. Маша остановилась, прислушалась – тишина. Отец должен быть на работе, а если даже представить, что в квартире побывали воры, то неудивительно, что они бежали, даже не прикрыв за собой дверь.

Такой бедности и запустенья, они, наверное, давно не видели. Маша прыснула от смеха и зашла в квартиру, на кухне послышалось движение. Сердце ушло в пятки. Она вытянула шею, пытаясь хоть одним глазком заглянуть в кухню и какое же было ее удивление, когда она увидела отца, с утра уже распивавшего крепкие напитки.

Маша безвольно опустила руки, так же безропотным зверем замерла душа, и сердце замерло, окатив волной разочарования.

– Пап, ты, что на работу больше не ходишь?

– Нет.

 – Отец, казалось, нисколько не удивился столь раннему ее появлению дома, безмятежно продолжил курить, потупив взгляд.

Маша бросила в угол коридора свою сумку, прошла на кухню, села напротив.

– Почему?

– Не хожу.

– Почему, пап? – Она дотронулась до его плеча. – Тебя что уволили?

– Не знаю, может быть.

– Но как же так, пап? Как мы жить то будем?

– А зачем жить, Маш?

– Что? – Маша нахмурилась, стараясь не расплакаться.