Всего лишь травница

– А почему здесь ничего не растет? – я все же была благодарна Его Светлости за поддержку, а потому решила подхватить разговор.

– Арка забирает энергию из окружающей среды. Поэтому и портальщики облачены в свинцовую защиту. Путешественники не такое уж продолжительное время взаимодействуют с порталом, поэтому нам защиту надевать не обязательно.

– Что будет, когда арка высосет все? – я округлила глаза, будто мы говорили о детской страшилке.

– Ее перенесут в другое место, а этому дадут время восстановиться, – лорд-канцлер в первый раз улыбнулся.

Кажется, моя реакция его позабавила. – Точно так же поступают и с полями для посевов. Дают им отдохнуть год-другой.

– Поднимаете настроение лорду Вестону? – рядом с нами появился герцог Ламандский. Его такая искренняя улыбка не давала шансов остаться равнодушной. Интересно, так чисто и неподдельно радоваться жизни возможно лишь только, находясь на пороге смерти? – Разрешите присоединиться к вашему увлекательному разговору.

В светских беседах я была не сильна, а потому предпочла скромно помалкивать и лишь изредка отвечала на прямые вопросы, предоставив мужчинам демонстрировать высокое воспитание.

– Готово, Ваша Светлость! – прервал нас голос портальщика. – Можно отправляться.

– Отличная работа, – отозвался лорд-канцлер и, ловко и восхитительно непринужденно, как будто невзначай, отодвинув молодого герцога, помог мне забраться в карету.

Чуть позже сквозь окно я увидела, как он наклонился возле того места, где мы вели беседу, и сорвал маленький одинокий цветок дочь-и-мачехи.

Задумчивый взгляд, что он бросил почему-то в мою сторону, очень мне не понравился.

Как мы прошли сквозь арку, я не почувствовала. Единственным признаком того, что мы вошли в подпространство, было ощутимо сменившееся освещение. Вместо вечернего мягко-золотистого солнечного света мы теперь видели сквозь серебристо-сиреневую дымку. Любопытство взяло верх, и я разжала ладони, которыми цеплялась за сиденье, припала к окну и под колесами повозки разглядела совершенно удивительные синие, розовые и лунно-белые светящиеся линии.

Вместе они сплетались в разноцветную дорогу, шириной примерно в две наших повозки, а вокруг плыло ночное небо. Темно-синее пространство без звезд не имело конца и края и манило неизвестностью. Я покрутила рычаг, чтобы опустить стекло, и высунула руку наружу. К собственному сожалению, ничего особенного не ощутила: воздух, такой же, как и у нас, приятно щекотал кожу.