Без права на тебя

 – Ну вот, опять ничего, – складываю губы трубочкой и тяну обиженно: – В этом озере точно есть рыба? Может, мы неправильно ее ловим? У тебя есть динамит?

Кирилл снова смеется, и меня раздувает от гордости и того, что смогла развеселить своего кумира с грустными глазами.

– Давай, ты закидываешь спиннинг пятнадцать раз, и если ничего не поймаешь, то я выполню твое желание? – предлагает он, искушая.

– А если поймаю? – загораюсь азартом и поддаюсь.

– Тогда ты выполнишь мое, – хитро щурится сосед.

Ради его хорошего настроения в этот день я готова швырять дурацкую блесну хоть до самого утра, поэтому киваю с дерзким видом и снова замахиваюсь.

Блесна снова летит прямой наводкой в воду, и этот раз мы не засчитываем. Броски получаются разные, но с каждым новым у меня выходит все лучше и лучше. Чувствую, что рука понемногу начала уставать, но виду не подаю. Я беззаботно болтаю, подтруниваю над Киром, предлагая самые нелепые желания, и чувствую себя заправской рыбачкой. Ровно до тех пор, пока на тринадцатом броске не чувствую что-то неладное. Катушка стопорится, натягивается леска, и я дергаю спиннингом.

– Кажется, зацепилась за дно, – признаюсь неохотно. А ну как и правда отправит вплавь вызволять драгоценную блесну? – Она туго шла, и вот совсем встала.

– Дай-ка мне, – говорит Кирилл вкрадчиво, забирает удочку, упирается ногами в песок и начинает крутить.

Катушка проскальзывает, но все же поддается понемногу. Сосед пятится назад, тянет на себя спиннинг, его верхние тонкие части сгибаются все сильней, а Кир отходит все дальше от кромки воды.

Я ничего не понимаю, но на всякий случай следую за соседом. Слышу плеск воды и оборачиваюсь в ту сторону. На песке, гневно трепыхаясь, пытается изо всех сил освободиться от крючков щука. Настоящая, живая щука, размером с половину моей руки.

– А-а-а-а!!! – начинаю кричать я, и в этом победном вопле сплелись восторг, неверие и страх. – Мы поймали-и-и! – вдобавок я принимаюсь прыгать – настолько переполняют эмоции.

К нам сбегаются остальные, равнодушные к рыбалке, но любопытные, чтобы заценить, кого мы там вытащили.

– Ого, – уважительно тянет Леха. – А я в вас не верил.

– Отец в том году здесь таких же наловил, – кивает Сема.

– Что делать теперь с ней будете? – ставит меня в тупик Мила, и я, растерянно хлопая глазами, перевожу взгляд на Кира.

– Сейчас снимем с крючка и деревяшку какую-нибудь найдем, оглушим ее, чтобы не мучилась, – спокойно говорит он.