Без права на тебя

От серьезных взглядов и слов начинает тошнить. И это совершенно не то, что мне сейчас нужно.

На прогулке у меня тянет живот, я виню в этом джинсы и на всякий случай расстегиваю пуговицу, хотя они, наоборот, в последнее время стали на мне болтаться. С трудом выдерживаю положенные сорок пять минут, постоянно заглядывая в экран телефона. Цифры часов меняются так медленно… А с тех пор, как я купила новую симку, смартфон постоянно молчит. Не вспыхивает экран от сообщений, не вибрирует в кармане. Только с мамой в основном и общаюсь, но это совершенно не те звонки, на которые мне хочется отвечать.

Может показаться, что я никому не нужна. А на самом деле это я отсекла всех, не найдя в себе сил читать почти одинаковые сочувственные тексты и отвечать на вопросы с показной заботой. И еще хотела, чтобы ничто больше не напоминало о НЕМ. Хотя с последним у меня явные трудности: незапланированная беременность – совсем не то, от чего легко можно отмахнуться, и уж тем более позабыть ее виновника.

К вечеру живот начинает крутить сильнее.

Боль все нарастает и отдает в поясницу, а на нижнем белье я обнаруживаю ярко-красные пятна, которых там быть не должно.

Трясущейся рукой набираю скорую, бабушке решаю рассказать потом.

Стационар я запомню на всю жизнь. Равнодушные типовые вопросы, осмотры, чистка, металлический звон инструментов. Чужие руки внутри и снаружи и ни капли сочувствия или человеческого участия. Словно я – просто тело, набор из мяса и костей, который нужно подлатать для дальнейшего функционирования.

Без души и эмоций, будто робот.

Я плохо помню палату, соседок, каждую со своей маленькой трагедией, и свое пребывание в больнице. Запомнился лишь один разговор. Я стараюсь как можно больше времени проводить на улице – задыхаюсь в этих крашенных светло-желтой краской стенах, а потому делаю все, чтобы их избегать.

Сижу, откинувшись на спинку скамейки, и безучастно смотрю в небо, для которого все наши трагедии – пыль. На мне надето что-то больничное и бесформенное, но мне все равно.

Все, на чем я сейчас сосредоточена – это кислород. Я медленно впускаю его в легкие через нос и выпускаю воздух через рот, собрав губы трубочкой. Психолог говорит, что такое дыхание помогает концентрироваться. Это все, что я запомнила из разговора с ним. Почему-то тут, в районной больнице, уверены, что помощь психолога в моей ситуации просто необходима. А я не нахожу в себе сил, чтобы сопротивляться чему-либо, послушно иду туда, куда укажут, делаю, что говорят.