Жена моего врага

Теряется весь профессионализм – тереблю сережку, отвожу взгляд.

Глеб даже не вспоминает мои слова на свадьбе: “Работать я больше буду”. Но мне неудобно. Я солгала тогда, потому что не хотела больше с ним встречаться, а теперь… Первый же заказ после отпуска – и такой?

– Я могу посоветовать вам хорошего дизайнера.

Господи, что я несу?

– Я хочу именно вас, Валерия.

И почему от этой фразы прямо мороз по коже? Он имеет в виду, что я нужна ему как дизайнер, только все равно чувствую какой-то подтекст.

И снова растет напряжение, как было в ресторане, в моей прихожей. Наверное, так бывает всегда в одном помещении с Глебом. И я снова вижу этот взгляд, но теперь без намека на улыбку.

– Я не могу взяться за ваш заказ, – повторяю свою первую фразу, но другими словами.

Может, хотя бы так дойдет.

Хочу уйти. Не сбежать, а именно показать, что наш разговор окончен, но Глеб в две секунды преодолевает двадцатиметровую, на мой взгляд, кухню и хватает за запястье.

– Вы мне так и не ответили почему, – смотрит пристально, но очень близко мы сейчас, даже кажется, что ближе, чем в танце.

И запах, он бьет в нос. Маняще, притягательно. Всего лишь на секунду, но я невольно тянусь лицом, хорошо что вовремя останавливаюсь. Надеюсь он этого не заметил.

Костя бы не одобрил. Только сейчас дело вовсе не в муже, не в его отношениях с Глебом.

Причина моего отказа – я! Мое удушье рядом с этим человеком. Моя скованность.

И я говорю правду:

– Не хочу…

– Почему? – Глеб в третий раз повторяет вопрос, а у меня нет конкретного ответа.

Не рассказывать же ему о моих дурацких и ненужных эмоциях и об интуиции, которая меня держит. Которой я доверяю. Которая ни разу еще не подводила.

Мотаю головой. Вот такой у меня немой ответ.

– В этом доме слишком многое мне напоминает о прошлом, – неожиданно произносит Глеб. – И мне необходимо все здесь переделать. У вас вот есть некие события в прошлом, о которых вы хотели бы забыть?

Странно, но сейчас я чувствую, что он искренен.

Или мне чудится?

– Такие события, думаю, есть у всех, – киваю я, а Глеб выдает уже знакомый мне оскал.

– У вас, определенно, есть вкус, Валерия. И я хочу именно вас, – он повторяется, но теперь слова не звучат так пошло. – Здесь много работы. Но за нее я заплачу приличные деньги. Если они вам нужны, конечно, – теперь в голосе звучит издевка, и я понимаю намек.