Избранник

Он поднял глаза к безоблачному небу, подавил тяжкий вздох и уныло спросил:

– Она буйная, да? То есть вообще без шансов?

Соседки озадаченно переглянулись и одна за другой медленно повернулись к избушке старика.

– Ну Лукьяныч, ну чёрт старый, совсем из ума выжил. Он тебя зачем к ней послал?

– Пообщаться.

– А про кладбище не сказал?

– Какое ещё кладбище? – окончательно запутался Даниил. – Я про Илью хотел…

– Лежит твой Илья в земельке сырой, – запричитала та, которая так удивилась его возвращению.

– Да я, в общем, в курсе…

– А если в курсе, чего ж сам полез?

– Вы хотите сказать, что это Варвара его укокошила? – фыркнул молодой человек. – Она, конечно, не в себе, но там просто сил не хватит. И при чём здесь кладбище?

– Так половину его занимают те, на кого у неё, по-твоему, сил не хватило.

Даниил невольно поёжился и покосился на холм.

– Что вы мне голову морочите? – разозлился он. Главным образом на себя – надо же настолько впечатлиться какими-то сельскими байками.

Соседка осуждающе покачала головой, мол, видали мы таких недоверчивых, и терпеливо, словно ребёнку, принялась объяснять:

– Варька, может, и не специально, но мужиков со свету сживает. Только за последние пару лет человек пять извела, да и до этого… Поначалу-то внимания не обращали, мало ли какие несчастные случаи бывают, а когда подросла, заневестилась да к нам насовсем перебралась, кладбище расширять пришлось, лишний ряд выкапывать.

Женщина говорила с такой убеждённостью, что молодой человек почувствовал, будто по спине бегут мурашки. В колдовство он перестал верить ещё в детсадовском возрасте, но если тётки не выдумывают и череда смертей действительно имеет место, стоит держаться от сельской ведьмы подальше.

– Не совсем понял, что она с ними делает-то?

– А бог его знает, – пожала плечами седовласая пенсионерка в цветастом сарафане. – Кто вроде сам умирает, кого убитым находят, а только всем ясно, что с Варькой связываться нельзя.