Моя ожившая тень

Выглядел он неважно, но видимых повреждений не наблюдалось, а внутренние, если и были, пока не давали о себе знать. Иван, слегка шатаясь, прошёлся по тротуару, размял конечности и оценивающе уставился на вмятину на машине.

– А неслабо так.

– Теперь тебе за ущерб платить. Нет, ну надо же быть таким…

– Сдержанным.

– Не льсти себе, – фыркнула девушка, в глубине души радуясь, что не лишилась помощника, от которого была хоть какая-то, весьма небольшая, но всё-таки польза.

– В больницу, пожалуй, не поеду, – сказал он родственнице Зинаиды.

 – Я сам медик…

– Недоделанный…

– И могу оценить своё состояние, – с нажимом продолжил Вольтов, послав Стасе очень недобрый взгляд. – Чтоб ты знала, я и в медицинском учился.

– Пару недель? Потому что слово «учился» звучит слишком неопределённо. Как будто кто-то пытается слукавить, при этом оставаясь…

– Если позже вдруг что-то проявится, я вам сообщу, – недовольно перебил он, ненароком подтвердив её предположение.

– Отлично, – обрадовалась женщина.

 – Вы не стесняйтесь, сделаю всё что нужно. Простите, что так вышло. Я даже не знаю, как это могло произойти. Недавно вожу, а тут ещё погода…

– С погодой-то что не так? – язвительно уточнила девушка.

– Способствует лёгкому помешательству граждан, находящихся в группе риска, – сурово сказал Иван. – Идём уже, хватит из ерунды трагедию делать.

– А о каких гражданах речь? – невинно полюбопытствовала Стася, когда они отошли на приличное расстояние.

– Есть у меня одна кандидатура… Слушай, можешь измываться надо мной сколько влезет, но её-то за что? – Его тон стал неожиданно серьёзным, и девушка непонимающе нахмурилась.

– Что не так?

– Тётка едва коней не двинула, когда на меня наехала, потом очумела от твоих выкрутасов, а ты её ещё добиваешь. Не у всех нервная система вроде твоей, нормальные люди в подобных случаях паникуют и за сердце хватаются, незачем усугублять ситуацию.

– Ой, какие мы заботливые. Ничего, что тебя чуть к праотцам не отправили? И что с моей нервной системой?

– Не знаю, но там явно какая-то патология.

И забота тут ни при чём, обычное человеческое отношение.

– Ага, – недоверчиво согласилась Стася и надолго задумалась.

В принципе, учитывая его профессию, нет ничего особенного в том, что он проявляет участие к тем, кому плохо, но всё-таки это чересчур благородно, мог хотя бы побрюзжать для приличия. Либо Вольтов – ангел во плоти, либо тут что-то ещё.