По закону совести

Я не вылезал из Кембриджа.

Яна рассмеялась, а он, улыбнувшись, спросил:

– На похороны поедешь?

– Мишкины? Меня вроде не приглашали.

– Меня тоже, но кого это волнует. Собираемся завтра, часов в восемь утра. Поедем на моей машине.

– Ромка и Никита тоже будут? – Он кивнул. – Ладно, поеду.

– Засим разрешите откланяться, – шутливо произнёс Сашка. – С удовольствием провёл бы денёк в твоей компании, но у меня ещё дел по горло.

– Поймать мерзавца и пустить на корм акулам?

– Вроде того, – фыркнул Александр и скрылся за дверью.

В ту же секунду в её комнате появился Дима.

– Свидание на похоронах – это что-то новенькое…

Яна бросила в него подушку и, рассердившись, приказала:

– Марш на тренажёры.

Первая половина дня прошла вполне мирно. Проведя в спортзале ровно тридцать минут, подросток изъявил желание продемонстрировать девушке фотографии дражайшей тётушки, а заодно – и прочей родни. Рассматривая пожелтевший альбом, Яна не могла не удивляться: со снимков смотрела вполне счастливая дружная семья, в жизни которой всё было нормально, но после рождения Димы выражения лиц резко поменялись.

На фотографиях его почти не было, а там, где малыш всё-таки мелькал, его ножки обязательно скрывало какое-нибудь одеяло. Сообразив, что она это заметила, мальчик безрадостно буркнул:

– Да, некоторые дети приносят родителям море счастья.

– Что с ними случилось? – чтобы отвлечь парня от неприятных мыслей, спросила Яна.

– Мама спилась, а у папы сердце не выдержало.

– Всего лишь потому, что ты родился немного другим? – не поверила девушка.

– Их первый ребёнок погиб совсем маленьким. Мама начала пить, а через несколько лет появился я. Нетрудно догадаться, кого она винила в моём уродстве.

Девушка поперхнулась и уставилась на Диму. Ей казалось, что мальчик вполне справляется со своим положением и относится к нему с редким сарказмом, что, как известно, очень помогает, но теперь выясняется, что всё не так просто.

– Ты не урод, – очень медленно произнесла она. – Может, чересчур самостоятельный, наглый и невоспитанный, но уж точно не урод. Любому, кто так скажет, я сломаю нос.

Теперь настала его очередь удивляться. Подросток покосился на неё с откровенным изумлением, но поднять глаза так и не решился. Не в силах придумать, что на это можно ответить, он надолго замолчал, а потом как ни в чём не бывало снова начал показывать фотографии.