Я выбираю свет

Когда полевая трапеза подходила к концу, на крыльце раздались тяжёлые уверенные шаги, которые в очевидном недоумении замерли перед снятым замком.

– Сейчас бросится бежать, – невозмутимо прокомментировал Роберт, похоже, отлично изучивший брата.

Тишина снаружи и вправду длилась слишком долго, а потом нарушилась робким, испуганным, постепенно отдаляющимся поскрипыванием. Мужчина с тяжелой обречённостью вздохнул, поднялся из-за стола и неторопливо направился к двери. Родственника он, судя по всему, догнал уже у забора – голоса до Александры почти не долетали, и разобрать, о чём они говорят, она не могла.

Впрочем, встреча определённо носила дружественный характер; вскоре оба показались на пороге, похлопывая друг друга по плечам и издавая радостные возгласы.

– Здрасьте, – кивнула девушка, поспешно засовывая в рот последний кусочек сыра.

Лепатов замер, округлил глаза и уставился на брата.

– Поверить не могу!

Роберт мгновенно лишился своего приподнятого настроения и в явной досаде привалился к дверному косяку.

Григорий между тем продолжал расточать восторги.

– Ты с девушкой?!

К чему относится его изумление, Александра не поняла, но на всякий случай напряглась.

– Говоришь так, будто обычно видишь меня в компании молодых людей, – попытался осадить его Роберт, но брат никак не мог отойти от наигранного потрясения.

– Но ведь так и есть! Я и не помню, чтобы ты появлялся в обществе прекрасного пола! – Он весело подмигнул Александре и продолжил, обращаясь к ней: – Знаете, наши родственники уже не ждали от него потомства.

Не надеялись, я бы сказал. Однажды даже дед скорбно заявил, что…

– Деда не впутывай, – коротко бросил Роберт, и брат неожиданно послушался, но от игривого тона не отказался.

– А он всегда таскает вас по таким злачным местам и кормит чем попало? Тогда не удивительно, что я не видел ни одной его девушки. Кстати, этот эгоист даже подумал нас представить. Считаю своим долгом предупредить, что характер у него…

– Это Григорий, это Александра.

 – Мужчина отлепился от косяка, бросил на девушку сумрачный взгляд, хотя адресовать его следовало неуёмному родственнику, и сухо изложил: – Она привезла тебе посылку от какой-то старушки.

Лепатов непонимающе уставился на раскисшую коробку.

– Мне?

– Да.

– От какой ещё старушки?

– Она не представилась, – наконец вступила девушка. – Сказала, что это очень важно.