Колючка

Родериг знал только двоих: мастера Жиля Осорга – пожилого полицейского, который еле носил ноги и почти не принимал участия в делах, и леди Эну Дхар, ту самую синеглазую красавицу, которая заглянула в кабинет капитана. Родериг скрывать не стал: он давно сох по леди Эне, но на курсантов она даже не глядела. Увивалась вокруг Нотиса, чего и следовало ожидать. Он тут первый парень на деревне.

Я пыталась ничем не выдать своего изумления: неужели есть еще одна женщина-маг, кроме меня?! Отец говорил, такого быть не может.

Ошибся? Надо во что бы то ни стало узнать побольше об этой таинственной леди. Если она не скрывает магию, значит, и для меня опасности нет.

Когда Родериг повеселел, и щеки его вспыхнули, как маков цвет, на что существенно повлияли четыре кружки ржаного пива, я спросила его, не видел ли он Меченого. Родериг отрицательно покачал головой.

– А что тебе от него надо?

– За ним должок, – сказала я.

– Тогда попробуй сходить к лейтенанту Галту.

– Кто это?

– Броган Галт, – важно сказал Родериг.

 – Самый что ни на есть головастый голован среди нашего сброда. У него в башке – целая Академия! Всех помнит, кого видел.

Родериг вынул из кошелька восемь грошей и положил их на стол, накрыв перевернутой кружкой.

– Пойдем, – мотнул он головой в направлении казарм.

– Мне в другую сторону, – сказала я. – Возвращайся один, я скоро приду.

– Хорошо, – Родериг сделал пару шагов, потом повернулся ко мне и проговорил. – И больше никогда не называй меня Родди!

– Ага, Родди!

И я под жуткую ругань Родерига потрусила в таверну «Соловей».

В общем зале трапезничали гости, матушка Зузанна с заплаканным лицом смешивала сметану, жгучий драконий корень и жареный лук, чтобы подать к телятине соус святой Ненилы.

– Рин, где ты был? – вскрикнула она, отставляя миску. – Мы думали, с тобой случилась беда.

– Пойдем на кухню, – попросила я.

Хойл раскладывал жаркое по плошкам. Горячее мясо дымилось, окутывая кухню сытным дымом. Мне сунули в руки большой кусок, завернутый в пресную лепешку, и я жадно набросилась на еду.

Я рассказала Хойлу и матушке все, как есть: что скрывала от них магический дар, что на меня напал Шед и что теперь его будут судить и надолго сошлют. Они слушали с мрачными лицами.

Я думала, они выгонят меня тут же, как узнают правду, но матушка обняла меня, а Хойл погладил по спине.

– Приходи к нам, когда будут отпускать. «Соловей» навсегда твой дом, что бы ни случилось.