Кукловод

 – Почему тут постоянно холодно? – сменила она тему, обхватывая себя руками за плечи и поеживаясь.

– Кондиционеры, – сухо ответила Ингрид, прокрутила шестеренку кодового замка и, развернувшись, пошла обратно в класс. Предстояло отсидеть еще как минимум два урока. И, если повезет, никаких внеклассных мероприятий на сегодня не запланировано.

– Ну скажи, неужели тебе не хотелось бы пожить такой жизнью? В роскоши? Пить пузырящееся шампанское, которое тебе утром принес твой… хммм… молодой человек. Закусывать клубникой, такой сладкой, что язык покалывает от удовольствия и хочется есть и есть.

Пить и пить. И смотреть на восходящее солнце через панорамные окна твоего пентхауса где-нибудь на сто двадцатом этаже… Разве не хочется? А? Или купаться в лазурном море, таком чистом, что видно проплывающих внизу рыбешек, суетящихся у твоих ног…

– …И кусающих тебя до крови.

– Что? – Агата дернулась, как будто ее ударили по лицу.

– Ничего, – буркнула Ингрид, которая мечтала попасть наконец-то за свою парту и услышать спасительный звонок.

– А еще я бы хотела последнюю модель бугатти.

– Чего?

– Ну, бугатти! Такую купил себе Джозеф неделю назад. Эх… Я бы…

– Эй, привет, – неожиданно болтовню Агаты прервал низкий бархатный голос. – Я тут новенький, может, поможете мне найти класс мисс Барнаби? Кажется, Шилла или Шена. – Ингрид на секунду зажмурила глаза и представила себе, как ее обволакивает этот бархатный поток.

– Шейла, – резкий голос Агаты вырвал ее из этой неги.

 – Шейла Барнаби. Мы идем туда же.

– Здорово. Я Трей, Трей Портер.

– Агата Адамс, а это Иг…

– Ингрид Прим, – перебила девушка Агату, кинув на «подругу» недовольный взгляд. Не хватало только, чтобы новичок с первого же дня звал ее Игги. Не то чтобы она хотела, чтобы он вообще ее хоть как-то звал. Но этот бархатный голос не должен прерываться отвратительно мерзким и склизким, как жаба, которую они недавно разрезали на уроке биологии, прозвищем, которым окрестила ее Агата.

Игги. Игги. Игги. Бррр…

– Круто, – улыбнулся Трей Портер и пропустил девушек в класс.

Начинался урок биологии.

Ингрид спешила домой. Она уже и не помнила, когда последний раз так торопилась – ее жизнь, как и жизни всех жителей ее города, страны и мира, была расписана по минутам, чтобы не приходилось никуда торопиться, и в то же время не оставалось времени на лишние неэффективные, с точки зрения мирового правительства, дела.