Новая Норма

Перепрыгнув сразу через три ступеньки, девочка повернула направо и побежала по улице, стараясь надышаться, насмотреться, начувствоваться этим моментом. Это счастье, что он повторился, но где вероятность, что это произойдет вновь или не исчезнет через мгновение.

Путь до школы лежал по прямой, поэтому маленькой Кассандре никогда не составляло труда найти дорогу, а мать не боялась отпускать ее одну. Подойдя к высоким деревянным дверям, девочка потянула на себя тяжелую створку и вошла в полумрак привычно пустого коридора.

Она еще не училась здесь, ее не приняли раньше времени в первый класс, хотя читала она уже бегло и вполне неплохо могла складывать и вычитать. Поэтому единственная возможность тут побывать ей предоставлялась именно в те выходные дни, когда Норма Дэринг уж очень хотела сплавить дочь подальше от себя, чтобы либо заняться уборкой по дому, что бывало не чаще двух раз в год, либо просто валяться на диване весь день и смотреть сопливые мелодрамы. Можно было даже пустить слезу, смотря на разрушенные мечты героев фильмов. Это не так обидно, как плакать над собственной жизнью.

– Касси, это ты? – крик Ланы Бенедикт был на удивление тонкий и писклявый, и Кассандра поморщилась.

– Я, миссис Бенедикт! – в пустом коридоре ее шепот отдавался эхом и возвращался к ней.

– Не бегай там! Я только полы помыла! – завизжал противный голос.

– Я аккуратно, – буркнула Кассандра, протискиваясь в тесную комнатушку, почти полностью занятую огромным столом, за которым сидела ее сегодняшняя надзирательница.

Девочка села на маленькую табуретку, стоявшую прямо у окна, и зажмурилась. Солнечный свет проникал сквозь грязное маленькое окно, как будто лазерный луч, попадая прямо в глаза.

– Миссис Бенедикт?

Женщина гневно зыркнула в сторону окна и прищурилась. Она смотрела какую-то передачу по маленькому телевизору, стоявшему на столе перед ней, и не хотела, чтобы ее кто-то отвлекал.

– Можно я пойду посижу в холле? Я там ничего не трону, – Кассандра подняла увесистую книгу с большой синей птицей на обложке и покрутила над головой.

 – Почитаю.

– А тут тебе чего не сидится? – Лана Бенедикт пошевелилась, и кресло под ее грузной фигурой жалобно заныло.

– Свет в глаза падает, – призналась девочка. – Да и мешать я вам тут буду. А там никого нет.

– Иди, недоразумение. К одиночеству тоже надо привыкать. От мамки съедешь – с кем останешься?

– Замуж выйду, – Кассандра уже стояла у двери, но решила ответить.