Воспаленный мир

– И что ты решил? К врачу не ходил, конечно?

– Конечно, – буркнул Тайсон и радостно вскрикнул, когда дурацкая пробка провалилась в темно-красную жидкость, отдающую кислятиной. – Будешь?

Колин вздохнул и помотал головой, а потом подошел к окнам и дернул тяжелые шторы в сторону. В комнату ворвались огни города, отражаясь от стекол и возвращаясь обратно, как свет далеких планет. Посмотрев вниз, он увидел пустые улицы, забытый кем-то прямо на дороге велосипед, мигающую вывеску ночного кафе, торговавшего хот-догами и прочей бесполезной бурдой.

Но знать и понимать – не значит выполнять.

– И что будешь делать? – не оборачиваясь, спросил он в пустоту.

Тайсон пожал плечами, не думая о том, что этого никто не увидит, и сделал большой глоток вина прямо из горлышка. Кислятина. Уж лучше опять выпить стопку ледяной водки.

– Сходи к врачу, Тай, – по голосу слышно, что Колин не просто серьезен, а даже встревожен.

– Ты чего? – Тайсон завалился снова на диван и вытянул ноги. – Боишься?

– А ты нет?

– Нет. Переживаю, наверное. Если б я мог что-то сделать… Но все эти люди уже мертвы.

Он и правда не боялся. Азарт, так захвативший его сначала, немного поутих. Плохое самочувствие накатывало волнами от этих прыжков, поэтому хотелось остановиться, вернуться к привычной еде, привычной жизни, привычным виртуальным турнирам, где он вновь мог почувствовать, что хоть чего-то стоит.

Реальность душила своей неотвратимостью. Здесь он никто. Здесь он ничего не знает и не понимает.

Не понимает, почему скачет по чужим жизням.

Не знает, как помочь Соне.

И даже не уверен, что на самом деле хочет этого.

– И тебе не интересно, почему это с тобой происходит? – Колин все еще таращился куда-то в пустоту. – Это же… Какой-то бред. Твой воспаленный от игр мозг шутит шутки.

– При чем тут я? – засмеялся Тайсон, стараясь скрыть нарастающую тревогу. Черт бы побрал этого Колина! Он снова подскочил на ноги, чтобы вернуться к бокалу кислого вина. Но учуяв его запах, передумал и набрал знакомый наизусть номер. – Принесите мне водки. Ледяной.

***

Странно было осознавать, что это гибкое тело, затянутое упругой бронзовой кожей, давно гниет на кладбище или сожжено до горстки пепла в ближайшем крематории.