17 дней пути некроманта

Как вы решились пойти во тьму?

Я спокойно поставила свой стакан на столик:

– Я последняя из рода. Вы же наверняка в курсе?– королева кивнула.– Мои предки по женской линии могли не продолжать семейное дело, потому что были те, кто им занимался. А у меня такой замены нет. Вдобавок, у меня были личные причины.

– Простите, если затронула какие-то плохие воспоминания своими расспросами,– учтиво извинилась Луиза, увидев мои нахмурившиеся брови.

Я махнула рукой. Мол, пустое.

– Позвольте спросить и вас, Ваше Величество?

Королева исполнила милостивый наклон головы совершенно по-царски.

– Эмма. Как вышло, что дитя двух сильных магов появилось на свет с перекрытыми магическими артериями?– сама того не осознавая, я уставилась на первую даму государства своим отработанным пристальным взглядом.

– С чего вы взяли, что я сильный маг?

– Я вижу,– развела руками я.– У вас огромный резерв. Только вы его…сушите.

Женщина заволновалась. Она встала и заходила по комнате.

– Мой дар смешон.

– Магия не может быть смешной,– прервала я ее.

– Вы не понимаете,– горячо возразила она.– Я родилась в семье аристократов. Старинный, почитаемый род Эпатр. Вы, наверняка, в курсе, у вас должно быть отличное образование. Так вот. Мои родители и все предки рождались магами земли, воды. Были выдающимися ботаниками. И тут появляюсь я! Маг-бытовик! Дворянка, которая способна в совершенстве и за минуты отстирать белье, уничтожить пыль во всем доме и заставить паркет сиять!– она горько усмехнулась.

– Сменить дар нет никакой возможности,– тут я бы поспорила. Сама на практике это прошла, но королеву этот вариант вряд ли бы устроил.– Поэтому я отказалась учиться магии и развивать свои способности. Разве это способности вообще?

Я молчала. Я была с ней в корне не согласна, но указывать, кому как жить не имела привычки.

– Когда родилась Эмма, она показалась нам просто пустышкой. Лишенной магии совсем. Потом уже многочисленные эскулапы выяснили, что ее артерии сплющены.

Пережаты. И энергия по ним не течет. Ребенок в утробе перенял поведение матери,– Луиза отвернулась к окну.– Я до сих пор виню себя в этом. Если бы я хоть чуть-чуть давала своей силе выход, то у дочери было бы все в порядке. А сейчас… Мало того, что она будет никому не нужна без дара, так еще и ее жизнь будет намного короче. Я не хочу видеть похороны собственного ребенка!– у развернувшейся женщины исказилось лицо от горя и гнева.