Маскарад

– А я – красивой жизни и мужика вроде этого Никиты. Только без жены и прискорбной страсти к подлёдному лову.

– Чем тебе страсть не угодила? – заинтересовалась Даша.

– Мужик должен дела делать, а не с удочкой сидеть. Не люблю я всех этих философов, алкоголиков и прочих творческих натур.

Подивившись странноватому определению среднестатистического рыбака, Даша переоделась в рабочий костюм и приступила к уборке. Первым делом она решила почистить раму в одной из отдалённых комнат, но из окна дуло с такой силой, что девушка моментально замёрзла и была вынуждена отложить занятие до весны.

Немного послонявшись по усадьбе, она протёрла полы в нескольких помещениях, избавила два небольших коврика от пыли и устало опустилась в кресло, стоявшее в бывшей оранжерее. О славном прошлом комнаты напоминали только огромные тяжёлые кашпо, грудой сваленные в углу, и чёрно-белые фотографии, с которых глядели улыбающиеся пионеры – полвека назад в усадьбе был детский санаторий, славившийся успешным искоренением лёгочных заболеваний.

Тётушка Даши приобрела бывшее союзное имущество буквально за бесценок в то время, когда с молотка за копейки уходили и более привлекательные сооружения. Чем усадьба так покорила родственницу, девушка долго не понимала, но попав туда, сама прониклась духом старинного дворянского гнезда. Сколько эпох успела увидеть нынешняя гостиница, было трудно представить, и Даше нравилось думать о ней как о живом и очень древнем организме, впитывавшем в себя всё новые и новые века.

Вот и сейчас, закрыв глаза и поджав под себя левую ногу, девушка начала воображать убранство дореволюционной оранжереи.

Однако вместо роскошной зелени и диковинных плодов перед внутренним взором появились два мёртвых тела, так бездарно затопленных в пруду. Как она ни пыталась отогнать от себя зловещий образ, ничего не выходило.

Даша встала, сделала пару упражнений, направленных на то, чтобы переключиться на физические страдания и отвлечься от душевных, но не помогло и это. Она подошла к широкому полукруглому окну, из которого открывался чудесный вид на пруды, и, с беспокойством размышляя о дальнейшей судьбе усопших, принялась вглядываться в тонкую ледяную поверхность.

О том, что они могут однажды всплыть, думать очень не хотелось, однако приходилось признать: рано или поздно это случится. Весной, когда температура станет плюсовой, или чуть позже, но тела будут найдены, и к хозяйке усадьбы возникнет множество вопросов, отвечать на которые она совершенно не готова.