Не ходите, девки, замуж, не ходите за царя

Спала я плохо, потому что этот прохвост так и норовил залезть под одеяло. А нам с Гвидоном и так места было мало. То я его спихну, то царь… Так и спали.

Утром проснулась от того, что было трудно дышать. Волосы упали на лицо, щекоча нос и мешая нормально повернуть голову и все же посмотреть, кто там такой наглый меня придавил. Не сразу удалось вспомнить, что вообще-то я сплю не в своей комнате, а в супружеской спальне. И, соответственно, грузом, который придавливал меня к кровати, был мой новоиспеченный супруг.

Попыхтев, поняла, что не в моих силах спихнуть его с себя.

Ногу мужчина положил так, что я не могла нормально пошевелить нижними конечностями, а руки… Они обхватили меня поперек талии и прижали к горячему телу. Ой-ей…

Не могу сказать, что мне были неприятны объятия мужа. Даже наоборот, но смущение… Никак не могла задвинуть его в самый дальний уголок своей души. Хоть и была я уже девицей взрослой и по меркам Тричетвертого государства старой, но в амурных делах опыта почти не имела.

– Гвидон, – тихо позвала супруга.

Тот продолжал сопеть мне в шею, вызывая на коже толпу мурашек. – Гвидон, отпусти, – для верности еще и заелозила активнее. Вдруг проснется.

Позвала бы на помощь кота, да того и след простыл. Не было его в комнате. Только рыжая шерсть на одеяле напоминала о бурно проведенной ночи. А как ее еще назвать? Он ведь не давал нам спать!

– Гвидоша-а-а, – протянула я и постаралась разжать живые тиски, которые захватили в плен мою талию. – Ну, Гви…

– М-м-м-м, – пробормотал непонятное царь и потерся носом о мою шею.

У-у-у-у… конфетки-бараночки, это же невыносимо! Да я… я… сдамся на милость победителя если он продолжит так делать. Не хорошо. Рано. Да и как я могу спать с мужчиной, который меня не любит? И что, что муж… Брак-то был вынужденным!

Поняв, что готова пойти на все, еще более усиленно стала елозить в его объятиях. Если хоть немного приподнять левую руку, а ногу отвести чуть в сторону…

– Царица, лежи спокойно, – пробормотал Гвидон, тесно-тесно прижимая спиной к своей груди.

Замерла, затем сглотнула. Что-то явно было не так, что-то… мешало мне нормально лежать. И догадка, что именно такое это было, вызвала на моем лице румянец. Да сколько можно смущаться? Этот конкретный царь на меня плохо влияет.

– Утро, возлюбленный супруг мой, – постаралась говорить спокойно, хотя голос немного дрожал. – Пора вставать и идти на завтрак.

– Завтрак подождет, – сонно пробормотали мне на ухо.

Ы-ы-ы-ы… не могу так.